Читаем Ясир Арафат полностью

Фарук Каддуми, возглавлявший у Арафата ведомство внешней политики, в 1977 году в ходе дебатов Национального совета Палестины на тему «Внешние сношения ООП» прямо упомянул образцовое отношение французского правительства к палестинскому вопросу: этой позиции должны следовать и другие государства Европы. Высказываясь о Франции столь позитивно, Каддуми смог сослаться на совершенно определенный пример доброжелательного отношения французского правительства к движению освобождения Палестины.

В один из январских дней 1977 года палестинец Мохаммед Да’уд Мохаммед Ауда полетел из Бейрута в Париж. Он получил от Ясира Арафата распоряжение представлять Организацию освобождения Палестины на похоронах парижского представителя ООП Махмуда Салеха. Мохаммед Да’уд Мохаммед Ауда должен был произнести у гроба покойного траурную речь. Махмуд Салех был застрелен 3 января прямо у магазина арабской литературы, которым он руководил в Париже. Прибытие Мохаммеда Да’уд Мохаммед Луды не осталось незамеченным. Французской секретной службе, «Direction de la Surveillance du Territoire», палестинец был известен под принятым в ООП псевдонимом Абу Дауд.

На момент его прибытия во Францию ему было 39 лет. Родился Мохаммед Да’уд Мохаммед Ауда в пригороде Иерусалима. Его профессия: учитель математики и физики. С середины шестидесятых годов он в рядах Аль Фатах. В 1968 года Арафат доверил ему организацию «службы наблюдения» Аль Фатах. Абу Дауд значился в розыскных списках криминальной полиции Германии, поскольку в 1972 году его подозревали в организации нападения на общежитие в мюнхенской Олимпийской деревне, где проживала еврейская команда.

Во время контроля в аэропорту Орли к документам Абу Дауда никаких претензий не возникло. Абу Дауд предъявил проверяющим иракский паспорт на имя Юсефа Ханна Раджи. Для недоверия относительно паспорта никаких поводов не было.

Абу Дауд прибыл в Париж не один, вместе с ним был направлен и другой палестинский лидер, известный под псевдонимом Абу Мейзар. Они сняли комнату в отеле на Рю дю Фобур-сент-Оноре. Французские власти были осведомлены относительно личности прибывших: непосредственно после поселения обоих представителей ООП в отеле у входа заняли пост двое полицейских. Руководство ООП считает, что израильские секретные службы обратили внимание «Direction de la Surveillance du Territoire» на Абу Дауда и Абу Мейзара.

На второй день пребывания в Париже с палестинцами беседовал чиновник министерства иностранных дел Франции в здании на набережной д’Орси. Он называл Абу Дауда именем Раджи. Абу Дауду было дано обещание, что французское правительство сделает все, чтобы разыскать и схватить убийцу представителя ООП в Париже.

Однако на третий день визита Абу Дауд был арестован и доставлен в министерство внутренних дел. Там Абу Дауд узнал, что Федеративная Республика Германии подала ходатайство о его выдаче. Федеративная республика намеревалась возбудить дело против Абу Дауда за подстрекательство к убийству. Точнее, ходатайство возбудила земля Бавария. В действительности власти в Бонне проявили сдержанность, поскольку знали, что содержание Абу Дауда в немецкой тюрьме и возможный процесс против него толкнет ООП на организацию актов террора в ФРГ.

Однако правительство Израиля сообщило, что тоже направит французскому министерству иностранных дел ходатайство о выдаче. Абу Дауд должен нести ответственность перед израильским судом, поскольку организовал не указываемые подробно акты террора против граждан государства Израиль.

В соответствии с французским законодательством Абу Дауд был заслушан по факту подачи ходатайств. Он заявил, что полагался на то обстоятельство, что находится в Париже под защитой правительства, ведь, в конце концов, существует договоренность между ООП и правительством Франции относительно взаимного признания.

Чиновник французского правительства, представлявший во время слушания интересы государства, признавал правоту каждого аргумента защиты. Абу Дауд имел значительную юридическую поддержку: его интересы представлял адвокат Ролан Дюма, успешно осуществлявший защиту на важных политических процессах. Судья, рассматривавший дело, встал на позицию защиты и представителя государства — он освободил Абу Дауда.

В течение нескольких минут лица, уполномоченные на это правительством, сумели доставить Абу Дауда в аэропорт Орли. Сотрудник ООП, разыскиваемый вольным государством Баварией и Израилем, улетел в Алжир в салопе первого класса рейсового пассажирского самолета линии Air Algerie. Стоимость полета оплатило французское государство.

Перейти на страницу:

Все книги серии След в истории

Мария-Антуанетта
Мария-Антуанетта

Жизнь французских королей, в частности Людовика XVI и его супруги Марии-Антуанетты, достаточно полно и интересно изложена в увлекательнейших романах А. Дюма «Ожерелье королевы», «Графиня де Шарни» и «Шевалье де Мезон-Руж».Но это художественные произведения, и история предстает в них тем самым знаменитым «гвоздем», на который господин А. Дюма-отец вешал свою шляпу.Предлагаемый читателю документальный очерк принадлежит перу Эвелин Левер, французскому специалисту по истории конца XVIII века, и в частности — Революции.Для достоверного изображения реалий французского двора того времени, характеров тех или иных персонажей автор исследовала огромное количество документов — протоколов заседаний Конвента, публикаций из газет, хроник, переписку дипломатическую и личную.Живой образ женщины, вызвавшей неоднозначные суждения у французского народа, аристократов, даже собственного окружения, предстает перед нами под пером Эвелин Левер.

Эвелин Левер

Биографии и Мемуары / Документальное
Йозеф Геббельс — Мефистофель усмехается из прошлого
Йозеф Геббельс — Мефистофель усмехается из прошлого

Прошло более полувека после окончания второй мировой войны, а интерес к ее событиям и действующим лицам не угасает. Прошлое продолжает волновать, и это верный признак того, что усвоены далеко не все уроки, преподанные историей.Представленное здесь описание жизни Йозефа Геббельса, второго по значению (после Гитлера) деятеля нацистского государства, проливает новый свет на известные исторические события и помогает лучше понять смысл поступков современных политиков и методы работы современных средств массовой информации. Многие журналисты и политики, не считающие возможным использование духовного наследия Геббельса, тем не менее высоко ценят его ораторское мастерство и умение манипулировать настроением «толпы», охотно используют его «открытия» и приемы в обращении с массами, описанные в этой книге.

Р. Манвелл , Генрих Френкель , Е. Брамштедте

Биографии и Мемуары / История / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
50 знаменитых царственных династий
50 знаменитых царственных династий

«Монархия — это тихий океан, а демократия — бурное море…» Так представлял монархическую форму правления французский писатель XVIII века Жозеф Саньяль-Дюбе.Так ли это? Всегда ли монархия может служить для народа гарантией мира, покоя, благополучия и политической стабильности? Ответ на этот вопрос читатель сможет найти на страницах этой книги, которая рассказывает о самых знаменитых в мире династиях, правивших в разные эпохи: от древнейших египетских династий и династий Вавилона, средневековых династий Меровингов, Чингизидов, Сумэраги, Каролингов, Рюриковичей, Плантагенетов до сравнительно молодых — Бонапартов и Бернадотов. Представлены здесь также и ныне правящие династии Великобритании, Испании, Бельгии, Швеции и др.Помимо общей характеристики каждой династии, авторы старались более подробно остановиться на жизни и деятельности наиболее выдающихся ее представителей.

Наталья Игоревна Вологжина , Яна Александровна Батий , Валентина Марковна Скляренко , Мария Александровна Панкова

Биографии и Мемуары / История / Политика / Образование и наука / Документальное
Лобановский
Лобановский

Книга посвящена выдающемуся футболисту и тренеру Валерию Васильевичу Лобановскому (1939—2002). Тренер «номер один» в советском, а затем украинском футболе, признанный одним из величайших новаторов этой игры во всём мире, Лобановский был сложной фигурой, всегда, при любой власти оставаясь самим собой — и прежде всего профессионалом высочайшего класса. Его прямота и принципиальность многих не устраивали — и отчасти именно это стало причиной возникновения вокруг него различных слухов и домыслов, а иногда и откровенной лжи. Автор книги, спортивный журналист и историк Александр Горбунов, близко знавший Валерия Васильевича и друживший с ним, развенчивает эти мифы, рассказывая о личности выдающегося тренера и приводя множество новых, ранее неизвестных фактов, касающихся истории отечественного спорта.

Александр Аркадьевич Горбунов

Биографии и Мемуары
Шопенгауэр
Шопенгауэр

Это первая в нашей стране подробная биография немецкого философа Артура Шопенгауэра, современника и соперника Гегеля, собеседника Гете, свидетеля Наполеоновских войн и революций. Судьба его учения складывалась не просто. Его не признавали при жизни, а в нашей стране в советское время его имя упоминалось лишь в негативном смысле, сопровождаемое упреками в субъективизме, пессимизме, иррационализме, волюнтаризме, реакционности, враждебности к революционным преобразованиям мира и прочих смертных грехах.Этот одинокий угрюмый человек, считавший оптимизм «гнусным воззрением», неотступно думавший о человеческом счастье и изучавший восточную философию, создал собственное учение, в котором человек и природа едины, и обогатил человечество рядом замечательных догадок, далеко опередивших его время.Биография Шопенгауэра — последняя работа, которую начал писать для «ЖЗЛ» Арсений Владимирович Гулыга (автор биографий Канта, Гегеля, Шеллинга) и которую завершила его супруга и соавтор Искра Степановна Андреева.

Искра Степановна Андреева , Арсений Владимирович Гулыга

Биографии и Мемуары