Этот человек, сослуживший Арафату подобную службу, десять лет назад не был сторонником ни Арафата, ни его центральной организации Аль Фатах. Тогда д-р Исам аль Сартави имел офис в одном из аристократических районов столицы Иордании Аммана. Я посетил его, поскольку его организация, которая называла себя «Общество освобождения Палестины», в мюнхенском аэропорту Рим пыталась угнать пассажирский самолет израильской линии Эль Аль. Попытка провалилась; пилот оказал сопротивление. В ходе нападения один пассажир был убит и одиннадцать ранены.

Д-р Исам аль Сартави тогда встретил меня язвительными словами: «Почему Вы приходите ко мне? Разве это для Вас не пустая трата времени? Ведь Вы всегда позволяете Аль Фатах дезориентировать Вас». По своим целям его группа не отличалась от Аль Фатах.

Напротив, он упрекал организацию Арафата в том, что она слишком бюрократична, что ее погубит собственный аппарат. Его прогноз в 1970 году: «Об Аль Фатах через год никто не вспомнит. Мы — боевая организация будущего». Он не одобрял и финансовую политику Аль Фатах: «Она получает деньги от Саудовской Аравии, от короля Фейсала. А этот король заодно с США. Но ведь нельзя бороться с империализмом и одновременно брать деньги у сторонника империализма. Сомнений тут быть не может: кто платит, тот и заказывает музыку».

Лидер «Общества освобождения Палестины» имел неприятности с руководством ООП, когда летом 1970 года открыто заявил о том, что принятие Гамалем Абдель Насером американской мирной инициативы — это умный маневр. ООП в это время категорически отклоняла любого рода мирные инициативы. Один из сторонников Арафата сказал мне тогда: «У каждого народа есть свой чудак. У нас — этот кардиолог».

Во время гражданской войны в Иордании д-р Исам аль Сартави лишился собственной организации: она была разогнана армией короля. Однако Аль Фатах сумела выстоять. Три месяца спустя после окончания гражданской войны этого человека арестовала полиция Аль Фатах. Больше с ним ничего не случилось. В конце концов он снова предоставил себя в распоряжение Аль Фатах. Арафату нужны были головы, умеющие мыслить политическими категориями.

30. «Хомейни — Арафат! Хомейни — Арафат!»

На борту сирийского чартерного самолета, которым 17 февраля 1979 года Ясир Арафат летит в Тегеран, в течение пятнадцати минут удерживается атмосфера нервозности. Нервозность вызвана появлением двух боевых «Фантомов», летящих параллельно самолету Арафата. На них опознавательные знаки Ирана. Лишь шесть дней назад Аятолла Хомейни пришел к власти в Иране — никто не может быть уверен в том, что иранские военно-воздушные силы, до этого тесно сотрудничавшие с Израилем и Соединенными Штатами, допустят прибытие главы ООП в Иран.

Арафат и члены его делегации по привычке считают боевые «Фантомы» вражескими, ведь самолеты именно этого типа с израильскими пилотами за штурвалом часто совершали налеты на лагеря палестинцев в Ливане. Силуэт этого самолета знаком каждому федаину.

Наконец сирийский пилот устанавливает контакт с экипажами истребителей. Он сообщает, что доставляет к Аятолле Хомейни дружественную делегацию. Через несколько мгновений иранские самолеты приближаются на расстояние нескольких метров. Арафат с облегчением констатирует, что пилоты машут руками. Вскоре «Фантомы» исчезают.

Незадолго до захода солнца сирийский самолет приземляется в аэропорту Тегерана. Два часа спустя Аятолла Хомейни уже принимает Арафата в училище Алави, штаб-квартире главы шиитов. Хомейни и Арафат садятся рядом друг с другом на корточки на полу скудно меблированной комнаты: они сидят на обычных подушках. Арафат сияет, и даже Аятолла заставляет себя изобразить на своем строгом лице улыбку.

Арафат принадлежал к первым из тех немногих, кто открыто продемонстрировал свою радость по поводу победы Хомейни. Текст телеграммы, которую Арафат направил Хомейни И февраля 1979 года, гласит: