Кочан сглотнул. Отправляя его в Незатопимую Гавань, королева Эшлин строго-настрого велела приглядывать за Фельгором, который часто попадал во всевозможные передряги. Десять лет на острове Призрачных Мотыльков Кочан утихомиривал разбушевавшихся пиратов, поэтому решил, что легко справится с баларским воришкой.

Выяснилось, что он ошибся.

– Ладно. Давай поужинаем и пропустим пару рюмочек, – сказал Кочан, думая, что Фельгора, возможно, удастся потом отговорить, если с самого начала ничего не запрещать. – А потом отправимся в Дайновую пущу.

– Естественно, – согласился Фельгор. – Наедимся до отвала, а потом полетим, как баларские стрелы, – прямо домой.

6. Вира

Незатопимая Гавань

Едва «Синий воробей» завис над взлетно-посадочным помостом, Вира спустила канат и скользнула вниз, чтобы не дожидаться трехминутной процедуры посадки.

Ей не терпелось побыстрее попасть к Каире, которую она так давно не видела, поскольку все это время приходилось исполнять поручения Озириса Варда.

Широкие доски посадочного помоста, установленного на среднем ярусе Башни Королевы, крепились к тяжелым балкам и оставляли в глубокой тени семь городских кварталов.

Озирис велел соорудить помост в тот же день, когда взял под свой контроль армаду неболётов. Невзирая на масштаб строительства, его удалось завершить всего за несколько недель. Бригада аколитов неустанно трудилась на лесах, возведенных вокруг замковой башни.

Закончив постройку помоста, аколиты взялись за сам замок Мальграв, и в итоге он преобразился до неузнаваемости. Западную башню приспособили под казарму для Змиерубов. Восточную башню, наполовину разрушенную странным пожаром еще при Эшлин, превратили в огромный резервуар. В стенах башни, сложенных из гладкого темного камня, не было ни единого окна, а над верхушкой то и дело зависал неболёт-сборщик, по толстому каучуковому шлангу сливая внутрь драконье масло.

А уж что сделали с Башней Короля…

Внутри самой башни Озирис устроил десятки мастерских и лабораторий, потом добавил к ним новые, вздувшиеся на стенах, как волдыри на обожженном теле, а когда на стенах места не осталось, начал надстраивать ярусы башни. Теперь ее тень пересекала весь город, оканчиваясь далеко за внешними городскими стенами.

На самой вершине башни высился огромный черный купол. Никто не знал, что происходило внутри, но туда беспрерывным потоком доставляли ценное сырье из-за границы. Никель, свинец и медь добывали в Листирии и переплавляли в кузнечных печах северной Баларии. В небесах над Галамаром и Данфаром отстреливали драконов, чтобы отправить их скелеты Варду. В северной оконечности Дайновой пущи собирали натуральный каучук, а из драконьих логовищ на юге привозили неизвестные растения.

И все это направлялось в Незатопимую Гавань. В эту самую башню.

Вард завоевал всю Терру, чтобы получить все необходимое сырье для создания своих неведомых устройств.

Каиру поместили в оранжерею, на несколько этажей ниже купола. Торопливо шагая по помосту, Вира взглянула на высокое узкое окно оранжереи и едва сдержалась, чтобы не перейти на бег.

В Башню Королевы вела огромная круглая дверь, врезанная в толстые каменные стены. Вира взбежала по лестнице, быстрым шагом прошла несколько длинных коридоров и добралась до моста, ведущего в Башню Короля. Там тоже было много лестниц и коридоров со множеством дверей, запертых баларскими замками и охраняемых аколитами. Виру беспрекословно пропускали повсюду, так что ее сопровождали лишь хриплое дыхание серокожих и скрежет металла.

Наконец она добралась на этаж под оранжереей, с трудом перевела дух и утерла вспотевший лоб. У лестницы, ведущей в оранжерею, Вира достала личный ключ-пропуск, позволявший пройти в покои Каиры, точнее – в ее персональную лечебницу.

Двери лечебницы охранял огромный аколит, совершенно незнакомый Вире. Она замерла.

Серокожий был такого громадного роста, что не поместился бы в обычное помещение замка. Но оранжерея занимала не один, а три этажа; потолочные перекрытия в них давно разобрали, чтобы высадить персиковые и апельсиновые деревья в толстый слой почвы и дерна на полу.

Еще недавно Эшлин Мальграв любила проводить здесь свои аудиенции. Теперь же тут разместилась лечебница Каиры, накрытая куполом высотой в два этажа. Макушка охранника-аколита была почти вровень с вершиной купола.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Вира, сделав шаг вперед.

– Защита императрицы.

Вира уставилась на аколита: руки толщиной с древесные стволы, пальцы-морковки. Настоящий великан.

– Прочь с дороги! – велела она.

– Защита императрицы.

– Я – вдова Вира, личная телохранительница императрицы.

Мышцы на руках аколита напряглись и дрогнули, но было неясно, понял ли он ее слова.

Из-за плеча Виры донесся знакомый голос:

– А, ты уже познакомилась с аколитом семьсот девять!

Она обернулась. Позади стоял Озирис Вард, в новом камзоле из драконьей шкуры – длинном, до колен, сшитом из белой кожи призрачного мотылька. С собой Вард привел трех инженеров, в таких же нарядах.

– Что здесь происходит? – прошипела Вира.

Озирис недоуменно наморщил лоб: