Мелисса МакШейн

Ярко пылая

Серия:  Необычные - 1

˜”*°•†Мир фэнтез膕°*”˜

http://vk.com/club43447162

Оригинальное название: Burning Bright

Автор: Мелисса МакШейн / Melissa McShane

Серия: The Extraordinaries #1 / Необычные #1

Переводчики: Ксения Михеева, Анна Сидорова, Карина Романенко

Редактор: Евгения Волкова

Пролог

Элинор снился огонь. Из-за языков пламени землю под ногами нельзя было рассмотреть, а воздух раскалился добела. Она проснулась и поняла, что сон превратился в реальность. Стены её спальни были в огне, как и лакированный паркет, и огонь золотыми волнами распространялся по потолку. Жар ударил по ней с такой силой, что во рту и носу пересохло, а в глаза будто насыпали песка. Девушка не боялась. Она сидела на кровати и восторгалась красотой и мощью огня, обхватив колени руками, а её белая фланелевая ночная рубашка обтягивала ноги. Элинор никогда не видела таких красок. Из-за них комната, которую она помнила, казалась ещё более блёклой и унылой. Но тут в неё вновь ударила волна жара, и девушка осознала, что если ничего не предпримет, то умрёт.

Поэтому она потянулась к огню всей своей сущностью и потушила его.

Пламя исчезло между двумя ударами сердца, оставив после себя холодный пепел и обугленные от огня балки. Клочки обгоревших обоев придавали стенам вид поражённой лепрой кожи. Она услышала неподалёку громкий крик, и он вместе с пустотой, оставшейся после воя пламени, звоном отозвались в её ушах.

«Кажется, это самый странный сон, который мне снился», - подумала она. Элинор моргнула, чтобы глаза не так резало, вдохнула пыльный, едкий запах древесного дыма и поняла, что это не сон.

- Элинор! - её мать с длинной копной развевающихся за спиной седеющих волос подбежала к комнате и остановилась на пороге. Её полные губы раскрылись, образуя почти правильный овал.

- Какую глупость ты только что сделала?

Она держала в вытянутой руке свечу и осторожно вошла в комнату. Пламя свечи в дрожащей руке отбрасывало серые зыбкие тени на окружавшие девушку серо-чёрные предметы. За спиной матери маячила младшая сестра Элинор - Амелия - с заспанными глазами.

Элинор обвела взглядом комнату. Толстые жёлтые шторы обгорели по краям и свисали лоскутами, но в остальном казались нетронутыми; смятые простыни на кровати там, где сидела Элинор, были усыпаны пеплом, а по ножкам и изголовью кровати вились чёрные полосы копоти.

- Здесь был пожар, - смело ответила девушка, давая матери самый честный ответ, на который была способна, и который был бы понятен им обеим.

- Пожар? И как тебе удалось с ним справиться? - воскликнула мать.

- Перестань, мам, разве не очевидно? У Элинор, наконец, проявился талант, - произнесла Амелия. Она была выше и стройнее Элинор, и невозможно красивая даже в таком сонно-растрёпанном виде. Она поднесла изящную ручку ко рту и театрально кашлянула. - Полагаю, нам стоило ожидать, что она проявит свой талант именно таким, ужасно вульгарным способом - Поджигатель!

- А твоё Формирование под существующую моду и общественное понятие красоты - само по себе не вульгарно? - огрызнулась Элинор.

- Тебе должно быть стыдно за свои слова, Элинор. К тому же, это чепуха. Ты слишком взрослая, чтобы проявить талант впервые.

- Согласен, - произнёс серьёзный голос, и обе женщины расступились, пропуская Иосию Пемброука. Он выглядел величественно даже в ночном колпаке, халате и тапочках с вышитыми фиолетовыми и золотистыми цветами. - Но всё же, это не вызывает сомнений. Ты от меня что-то скрывала, дочка?

Мужчина пересёк комнату и встал в метре от Элинор, сложив руки на животе. От его шагов в воздух поднимались клубы пепла.

Элинор встретила взгляд отца со спокойной откровенностью, но за ней скрывались беспокойство и страх, которые она испытывала каждый раз, когда отец обращал на неё внимание. Она стряхнула с ночной рубашки пепел и с трудом удержалась от желания начать крутить кончик косы, как ребёнок, тянущийся за рукой матери для успокоения.

- Нет, - ответила она. - Мне снился пожар. Я проснулась и поняла, что он настоящий. Я бы не стала скрывать такие вещи, даже если бы это было возможно.

Она ни на секунду не подумала притвориться, что пожар вспыхнул сам по себе. Глубоко в сердце Элинор чувствовала, что это был её огонь, она его создала; он её любил, но убил бы, если бы она не подчинила пламя.

Отец пристально посмотрел на неё тёмно-серыми глазами, казавшимися чёрными в мерцающем свете пламени свечи.

- Тогда будь так добра, - продолжил он, - расскажи, огонь потух самостоятельно?

Элинор покачала головой.

- Это сделала я, - ответила девушка.