Читаем Ядовитый сезон полностью

Он покачал головой. Хотя не ел со вчерашнего дня, но не хотел еще больше злоупотреблять ее великодушием.

– Со мной все будет в порядке.

Она пристально посмотрела на него глазами цвета выцветшего синего бархата в маленькой стеклянной шкатулке для драгоценностей его матери.

– Думаю, у тебя нет выбора.

И с этими словами она вышла, закрыв за собой дверь.

Какое-то время Ярен сидел на полу и думал. Возможно, оставаться здесь было не лучшей идеей. Он чувствовал, что Леэло руководствуется своим, а не его, благополучием и может передумать в любую минуту. Она может рассказать кому-то, кто сделает за нее всю грязную работу.

К сожалению, прямо сейчас побег вряд ли станет лучшим решением. Рана на ноге пульсировала в такт сердцебиению. Поднялась температура, и его бросало то в жар, то в холод, а рот пересох, как мясной рулет матери.

Он откинулся на спину, слишком ослабев, чтобы сидеть, и подумал об отце и сестрах. Они наверняка заметили его отсутствие утром и гадали, куда он отправился. Наверное, они нашли его следы, ведущие в лес, и если шли по ним достаточно долго, то точно наткнулись на следы того проклятого волка. Они могли даже дойти до озера.

Но они не узнают, что он забрался в лодку и пересек озеро, а решат, что он утонул или был съеден. Они никогда не подумают, что он может быть здесь, на Эндле. А даже если бы знали, добраться сюда невозможно. Он должен сам выбраться с острова.

Он оглядел домик в надежде, что предыдущий обитатель оставил кувшин с водой, потому что жажда становилась все мучительней. Но нашел только еще один огарок свечи – что уже было благословением, поскольку ему совершенно не хотелось провести в темноте весь день и ночь – и стопку книг.

Ярен взял верхнюю, смахнул пыль с кожаного переплета и с разочарованием обнаружил, что это сборник стихов известной поэтессы, жившей двести лет назад. Ее произведения заставляли учить в школе. Он отшвырнул книгу и принялся рыться в остальных. Все были одинаково скучными, уже прочитанные романы или совершенно непонятные тексты, и он очень сомневался, что предыдущий обитатель лачуги нашел их захватывающими.

Он уже собирался закрыть глаза, когда заметил последний том, спрятанный под деревянным ящиком, который служил импровизированным столом. Как только он вытащил книгу, то понял, что ее использовали для удержания ящика, и зажженная свеча чуть не соскользнула на одеяло. Ему удалось засунуть сборник стихов под ящик как раз вовремя. Юноша вздохнул с облегчением оттого, что смерть от огня не добавилась к списку его возможных кончин.

Найденная книга отличалась от остальных. С пустой грубой обложкой, сшитой кетгутом. Ярен осторожно открыл первую страницу.

Похоже, это была книга эндланских песен, написанная вручную. К сожалению, он не понимал, как читать музыку. Эти песни, как и те, которые он слышал за последние несколько недель, не имели текстов, а состояли из череды нот, которые нужно было напевать или скандировать. Возможно, в них просто содержался скрытый смысл. Но именно звуки делали мелодию такой навязчивой. Прежде он и помыслить не мог, что голосом можно передавать такую скорбь, или голод, или утрату, при этом без всяких слов. А если взять несколько голосов, эффект был почти ошеломительным.

Или совершенно ошеломительным, по крайней мере, для некоторых.

Он отложил книгу и бегло осмотрел хижину, Ярен не нашел еды и ничего другого, чтобы отвлечься. Он снова сел на одеяло, мечтая, чтобы разум успокоился, стараясь не обращать внимания на голод и тупую пульсирующую боль в ноге.

Он дремал около часа, мысли смешивались со снами, пока крик птицы снаружи не разбудил его полностью.

Это была та же птица, которую они слышали прежде, поющая песню из его снов. Он задумался, есть ли она в книге, но, не умея разбирать мелодию, понять было невозможно. Вместо этого он внимательно прислушивался к птице, напевая вместе в ней, пока не попал нота в ноту. К сожалению, это были лишь те ноты, которые он уже знал, ему все еще приходилось охотиться за оставшейся мелодией.

Встревоженный, отчаянно нуждающийся в воздухе, он подполз к двери и, толкнув ее, вздрогнул от скрипа петель. Вскоре птица снова запела, а он расценил это как добрый знак, что рядом никого нет.

Он прокрался наружу, позаботившись, чтобы дверь больше не скрипела, и медленно выпрямился во весь рост, пробуя встать на поврежденную ногу. Боль была уже не такой сильной, но главным образом потому, что нога начала неметь. А это не сулило ничего хорошего.

Судя по положению солнца, наступил полдень, а значит, у него было как минимум несколько часов до возвращения девушки. Он обещал оставаться здесь, и ему вовсе не хотелось потеряться или еще хуже – столкнуться с местными жителями. Поэтому он нашел пень в паре метров от хижины и опустился на него, запрокинув голову так, чтобы солнечные лучи падали на лицо.

Ярен снова услышал щебет птицы, на сей раз немного дальше, и подхватил мелодию. В следующее мгновение птица ответила. Теперь уже ближе.