– Цивилизация, мать её… – До земли оставалось буквально пара метров, воздушное такси стремительно снижалось. Олег лихорадочно перебирал имеющиеся у него возможности, и с отвращением к самому себе понимал, что их недостаточно, дабы украсть у гильотины хотя бы парочку жертв, не говоря уж о всех невольниках, которым собирались отрубить головы совместно с настоящими преступниками. И сам чародей тоже подобно Дорожину ситуацией недоволен, однако делать ничего не будет. Дикость и жестокость обитателей этого мира подобно какой-то отраве просачивался в душу Олега, заставляя ломать себя, смиряя инстинктивные порывы безжалостным гнетом обстоятельств. Да, он полковник, сильный волшебник и дворянин, но этого недостаточно! Законных методов воздействия у него в такой ситуации нет, и силовое противостояние тоже не выиграть. Даже если он решит пойти на откровенно самоубийственный поступок и набросится на охрану приговоренных, они его скрутят без посторонней помощи. Ауры конвоировав принадлежали как минимум одаренным второго ранга, однако и пять или шесть истинных магов среди них тоже наличествовали. Среди зрителей пропорции были примерно те же. А мэр и эмиссар владыки Парижа, что уже вот-вот прибудут, должны являться как минимум магистрами. – Знаешь, пожалуй, обойдусь я без этого ордена. Все равно во Францию ехать не собирался, тем более от неё по большому счету и остался-то один Париж…

– Дык, разворачивай! – Похлопал Святослав по плечу водителя такси, угадав ход мыслей своего друга. – Мы кажись того…Сваливаем, значица, с сей богадельни.

Однако вновь оторваться от земли и набрать высоту воздушное такси попросту не успело. Во вспышке света на трибуне возникла парочка одаренных с аурами архимагистров, решивших вместо променада по алой ковровой дорожке появиться сразу в пункте своего назначения. И тут же толпа высокопоставленных зрителей раздалась в стороны от человека, окутавшегося мощным многослойным защитным барьером. Ну, просто очень мощным. Рефлекторные удары от одаренных зевак и нескольких расторопных армейцев были попросту проигнорированы. И даже удар то ли мэра Санкт-Петербурга, то ли французского эмиссара, буквально аннигилировавший сотню кубических метров пространства вместе с десятком недостаточно шустрых зрителей эта волшебная пелена выдержала, пусть даже покрывшись трещинами и разводами.

– Вива ля Франс! – Отчаянно закричал заключенный в непрошибаемый магический пузырь человек, паря над глубокой ямой с оплавленными краями. А потом его то ли распылило на кровавую взвесь, то ли разорвало изнутри. И остатки самоубийцы раздались в стороны, открывая все увеличивающуюся и увеличивающуюся брешь в самой ткани реальности, из которой наружу сразу же попер синеватый туман, пополам с какими-то явно недружелюбными тварями, напоминающими прямоходящих тараканов.

– Ля Франс? То есть он сделал это во имя Франции? – Удивился Стефан, захлопывая забрало шлема. – Зря мы все-таки гранаты не взяли…И винтовку мою.

– Полагаю, это не просто теракт. – Вокруг трибуны что-то ослепительно ярко засверкало, хотя прущие из портала твари так далеко продвинуться явно еще не могли. С макушки расположенной по соседству колокольни туда же ударил яркий зеленый луч, по толщине напоминающий корабельную мачту, вот только вся эта мощь ухнула в еще одну дыру в пространстве. И вылетела из третьей, ударив по тому же месту, откуда велся огонь, одним махом укоротив здание метров на тридцать. – Видимо власть Деспота над своей страной не так незыблема, как говорят слухи, и у него есть какая-то оппозиция….И то ли контрабандисты с которыми я столкнулся туда входили, то ли патриотично настроенные французы просто решили воспользоваться удобным случаем и прибить одного из ближних слуг владыки Парижа, пока он от своего хозяина далеко.

Глава 23

О том, как герой борется с побочными эффектами, исследует представителей иной цивилизации и промахивается мимо цели.