Читаем Яблоко Монте-Кристо полностью

Соня сжала кулаки, шагнула было в комнату, но тут она уловила тихий плач, вернее, поскуливание.

– Тише, тише, – забормотала мама, – не рыдай, из любой беды можно выплыть.

– Ну что мне делать? – еле слышно спросила Зоя. – Вон чего вышло.

– Кто же знал!

– Врач говорит: рак – наследственная болезнь.

– Ну… может, и так.

– И что он скажет? Ему тоже дети ни к чему!

– Он тебе нужен?

– Господи, конечно!

– Но почему?

– Ты дура?

– Нет, просто я не понимаю, – растерянно отозвалась Люба.

– Они должны быть стопроцентно кровные.

– Ага, – забубнила Люба, – теперь ясненько. Сколько у нас времени?

– Его вообще нет! Боже! Боже! Боже!

– Прекрати истерику, поезжай домой.

– И что я скажу Андрею?

– Ничего! Вы рожаете ребенка. Иначе-то как? Он должен быть в курсе!

– Но… ты же знаешь!

– Есть способ в пробирке.

– Господи! Он не согласится.

– Даже ради сына?

– Ну…

– То-то и оно! Ты профессору правду сказала?

– Да, – прошептала Зоя.

– А он чего?

– Ничего.

– То есть?

– Совсем не удивился, вздохнул и заявил: «Ищите скорей, время уходит, беременность длится девять месяцев».

– Вот видишь! – воскликнула Люба. – Небось ты не одна в такой ситуации!

Зоя разрыдалась, Люба неожиданно тоже заплакала, потом сказала:

– Пошли, съедим по куску торта, успокоимся.

– Ага, – шмыгнула носом Зоя, – я так устала! До озноба.

Голоса стихли, женщины переместились на кухню, Соня потеряла возможность подслушивать. Если честно, она плохо поняла суть разговора. Ясно любопытной Варваре было лишь одно: чтобы спасти Игоря, Зое требуется произвести на свет еще одного ребенка, который, может быть, послужит ему донором. При чем тут пробирки, почему Зоя не хочет рожать еще одного малыша, Сонечка не поняла.

Прошло чуть меньше года, и в доме Вяземских появилась крохотная Верочка. Богиня судьбы сжалилась над Зоей, дочка идеально подошла на роль донора. Игорю сделали операцию, мальчик начал стремительно поправляться. Через два года у подростка случился рецидив заболевания, Верочка вновь спасла брата.

В общей сложности несчастной девочке пришлось выдержать несколько болезненных операций, но Вера оказалась просто идеальным ребенком. Очень рано Зоя объяснила дочери, что жизнь Игоря зависит от того, можно ли взять у его сестры очередную порцию костного мозга.

– Если ты откажешься, Игорек очутится на кладбище, – сурово заявила мать.

– Конечно, мамочка, – дрожащим голосом ответила Вера и с тех пор более никогда не плакала, оказавшись в больничной палате.

Собственно говоря, Вера была принесена в жертву Игорю. Зоя патологически любила сына, поэтому она тряслась и над дочерью. Верочке не позволяли играть со сверстниками – вдруг девочка заболеет. Ей не разрешали ходить в детский сад. Ни о каких спортивных секциях речи не шло, хотя Верочка каждый день выполняла предписанные физические упражнения. Гуляла малышка лишь с мамой, общественным транспортом не пользовалась, театр, кино или музеи не посещала. Вера тщательно соблюдала режим. Вставала всегда в семь, делала зарядку, обливалась холодной водой, завтракала овсянкой и свежевыжатым соком, принимала витамины и садилась заниматься. Потом шел обед, отдых в кровати, прогулка на свежем воздухе, полдник, свободное время, ужин и ровно в девять сон. Ничто не могло изменить ее распорядок дня.

Со стороны людям казалось, что Зоя любит дочь намного сильнее сына. За Игорем мать так не приглядывала, подросток учился в обычной школе, ходил на плавание, общался с друзьями. В общем, самый нормальный мальчик, а Верочка появлялась на улице только за руку с мамой. Но Соня очень хорошо понимала: Вера донор, даже простой насморк может уничтожить ценность девочки. Будь ее воля, Зоя бы полностью изолировала дочь от внешнего мира, потому что любовь к Игорю убила в матери все остальные чувства.

Спустя некоторое время после рождения Верочки Соня снова стала свидетелем неприятного разговора. На этот раз ей не пришлось прятаться на балконе.

Когда мама, услыхав звонок, открыла дверь, Соня собиралась на занятия, надевала перед зеркалом шапку. Девочка очень удивилась, увидев на пороге мужа Зои. Люба тоже изумилась.

– Андрюша? Что случилось?

– Тебе лучше знать! – прищурился тот.

– Ты пьян? – попятилась Люба.

– Нет! – распространяя сильный запах алкоголя, проорал Вяземский.

– Давай положу тебя на диван в гостиной, – растерянно предложила Люба.

– Пошла вон! – рявкнул гость.

– Вы зачем грубите маме?.. – начала возмущаться Соня, но осеклась.

Глаза Андрея чуть не выкатились на щеку, дурная краснота залила его лицо.

– Молчи, подсучонка, – прошипел он. – Кто все знал, а?

Люба прижалась к стене.

– Молчишь? – надвинулся на нее Андрей. – В курсе, сука, чье мясо съела! А?

Люба сжалась в комок.

– Андрюша! Я не виновата! Ничего не знаю! Зоя сама…

– Зойка падла! Идиотка! А ты… стерва! Хитрая!

– Андрейка! Я ничего не сделала!

– Думаешь, поверю тебе?

– Успокойся! Зоя сама все придумала, – горячо воскликнула Люба, и тут Соню охватил настоящий ужас. Едва услыхав последнюю фразу, Андрей побелел и тихо спросил:

– Что придумала? Ты же ни о чем не знаешь, а?