Читаем Я живу! полностью

Ставят метку, что я не такой, как они.

В небеса поднимаю с мольбою глаза,

И звездой по щеке покатилась слеза.


Я кричу! Я прошу…

Я шепчу: «Отпустите на волю меня,

Задыхаюсь я здесь, без свободы…»

А сатрапы смеются, цепями звеня:

– Извини, нынче крылья не в моде.


Сгадов Александр

Высоцкому

Рванул по струнам, голосом, хрипя.

Да, что за фрукт такой торчком на сцене?

Обрубок обожжённый, фитиля.

А бомба где? В его корявом теле?

-

147 -

Посвящаем Владимиру Высоцкому___________________

Строкой, как хуком, бьёт ушастых в бровь.

В крови душа и до слезы волненья.

Но ставят плёнку с перепиской вновь.

Он огородник, что растит сомненья.

Несутся кони к яру под обрыв,

И волки рвутся стаей на двустволки.

Живёшь потом, от жизни не остыв,

И песня давит смыслом перепонки.


Как прозаична целая страна,

Которая потом признает славой.

За многими с уходом – тишина,

Но не за ним… Его искусство лавой

Спокойствие сметает на пути,

И жизни не даёт цвести болотом.

Как жаль, что не пожать его руки,

Но можно помнить и любить с народом…


25 января. В. С. Высоцкому

Кто-то крикнет в экстазе: «Браво».

Кто-то желчью плюнет в глаза.

Коротка от удавки слава,

И коварна в руках гюрза.


И букеты шипами ранят,

И поклонницы предают.

Только крылья всё время манят,

Высотой манит звёздный уют.


Мотыльками летим оравой,

Опалёнными падаем в грязь.

Под овации слушаем: «Браво».

Поминальную сладкую вязь.

-

148 -

_______________________________ Книга II «Я живу!»

Ну, а если всё время букеты

На могилах зимой лежат,

Значит, песня твоя не спета,

Значит, славу века хранят.


И хрипишь ты на всех широтах

Обожжённый, дарящий свет.

На Ваганьковском – памяти рота

Салютует тебе, Поэт…


Сгибнев Сергей

Он пел для нас

«Я не люблю насилья и бессилья,

Вот только жаль распятого Христа»

В.С. Высоцкий

Ты пел для нас, а сердцем слился с небом,

Ты струны рвал, а трескалась душа.

Делился песней, словно тёплым хлебом...

И не стяжал ни славы, ни гроша.

На грифе чёрном нервы – струны – звуки,

И трепет деки – отклики души,

Слились аккордом радости и муки

Твои стихи и песни. И в тиши,

Когда, убавив громкость, слышим вечность,

Что к нам стучится бережно в сердца,

Мы понимаем, как чистосердечно

Служил ты грешным людям до конца.


-

149 -

Посвящаем Владимиру Высоцкому___________________

А что попса? В зловонии по пояс,

Так и бредёт без веры, без любви...

Не повторить попсе Володин голос,

Не остудить водой его крови!


Семизарова Ирина Владимировна

Владимиру Высоцкому

С изношенной пластинки Ваш голос всё звучит,

И девочки всё пишут стихи Вам на листочках.

Мне грустно, что на век смогли нас разлучить,

И вновь, не дописав, в строке поставлю точку.


А годы всё летят по прежней колее,

И снятся мне опять Ваганьково и лето.

Я об одном молю – дай Боже время мне!

Не дай же умереть, не рассказав об этом!..


Другие голоса теперь приходят в мир,

Другим кумирам хор выводит «Аллилуйя»,–

Я напишу о Вас, чтоб сын мой не забыл,

Кого же сквозь года так трепетно люблю я...


Сердюк Евгения

Памяти В. Высоцкого

«А сыновья уходят в бой…»,

Так пел Высоцкий, помнишь?

Возьми куплет его любой,

Послушаешь и вздрогнешь.


-

150 -

_______________________________ Книга II «Я живу!»

Он пел о том, что видел. Да,

О чём душа болела.

Душой кривил он? Никогда

И песня сердце грела.


Бывало, голос его рвал,

На части наши души…

Как будто ветер разбросал

Листву и тишь нарушил.


«А сыновья уходят в бой»,

Так пел Высоцкий, помнишь?

Я ставлю диск: «Володя, пой»!

Так петь один ты, можешь.


Серых Валентин

Владимир Высоцкий

На «иконку» нацелился вроде.

Едва «щёлкнуть» по ней успел,

И поёт мне Высоцкий Володя,

Как когда-то при жизни пел.

В его песнях, на крест распятых,

Доживает до наших дней

Поколение шестидесятых,

Не привыкших к обману людей.


Мы с ним были почти ровесники:

Он моложе всего на год.

И рвалось поколение вместе

В свой последний, наивный поход.

Ничего из похода не вышло.

-

151 -

Посвящаем Владимиру Высоцкому___________________

Коммунизма поныне нет.

Из Володи Высоцкого вырос

Знаменитый артист и поэт.


В его голосе всё знакомо.

Растревожил он душу опять.

А сыграл капитана Жеглова,

Как не каждый сумеет сыграть!

Наши дети, почти с пелёнок,

Голос хриплый легко узнавали.

В миллионах «пиратских» плёнок

Его песни из окон звучали.


Не признали певца поэтом.

Его роли вовсю «шерстили».

Но за стенами кабинетов

На элитнейших дачах «крутили».

Он сгорел быстротечно и мощно,

Тратя силы на всё подряд.

Жизнь такая не длится дольше.

Только гении так горят!


Сидоров Иван

Владимир Высоцкий

На экране он жил, был естествен на сцене.

Что ни пел – всё хиты, по-другому не мог.

Не ломал головы, как потомки оценят,

Щедро всем раздавал то, что дал ему Бог.


Если пел о горах, то потела рубаха,

Вспоминал о войне, были струны в крови,

Перейти на страницу:

Похожие книги

Золотая цепь
Золотая цепь

Корделия Карстэйрс – Сумеречный Охотник, она с детства сражается с демонами. Когда ее отца обвиняют в ужасном преступлении, Корделия и ее брат отправляются в Лондон в надежде предотвратить катастрофу, которая грозит их семье. Вскоре Корделия встречает Джеймса и Люси Эрондейл и вместе с ними погружается в мир сверкающих бальных залов, тайных свиданий, знакомится с вампирами и колдунами. И скрывает свои чувства к Джеймсу. Однако новая жизнь Корделии рушится, когда происходит серия чудовищных нападений демонов на Лондон. Эти монстры не похожи на тех, с которыми Сумеречные Охотники боролись раньше – их не пугает дневной свет, и кажется, что их невозможно убить. Лондон закрывают на карантин…

Ваан Сукиасович Терьян , Александр Степанович Грин , Кассандра Клэр

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Русская классическая проза
Владимир
Владимир

Роман известного писателя-историка С. Скляренко о нашей истории, о прошлом нашего народа. Это эпическое произведение основанное на документальном материале, воссоздающее в ярких деталях историческую обстановку и политическую атмосферу Киевской Руси — колыбели трех славянских народов — русского, украинского и белорусского.В центре повествования — образ легендарного князя Владимира, чтимого Православной Церковью за крещение Руси святым и равноапостольным. В романе последовательно и широко отображается решительная политика князя Владимира, отстаивавшего твердую государственную власть и единство Руси.

Александр Александрович Ханников , В. В. Роженко , Илья Валерьевич Мельников , Семён Дмитриевич Скляренко , Семен Дмитриевич Скляренко

Скульптура и архитектура / Поэзия / Проза / Историческая проза
Драмы
Драмы

Пьесы, включенные в эту книгу известного драматурга Александра Штейна, прочно вошли в репертуар советских театров. Три из них посвящены историческим событиям («Флаг адмирала», «Пролог», «Между ливнями») и три построены на материале нашей советской жизни («Персональное дело», «Гостиница «Астория», «Океан»). Читатель сборника познакомится с прославившим русское оружие выдающимся флотоводцем Ф. Ф. Ушаковым («Флаг адмирала»), с событиями времен революции 1905 года («Пролог»), а также с обстоятельствами кронштадтского мятежа 1921 года («Между ливнями»). В драме «Персональное дело» ставятся сложные политические вопросы, связанные с преодолением последствий культа личности. Драматическая повесть «Океан» — одно из немногих произведений, посвященных сегодняшнему дню нашего Военно-Морского Флота, его людям, острым морально-психологическим конфликтам. Действие драмы «Гостиница «Астория» происходит в дни ленинградской блокады. Ее героическим защитникам — воинам и мирным жителям — посвящена эта пьеса.

Александр Петрович Штейн , Гуго фон Гофмансталь , Исидор Владимирович Шток , Педро Кальдерон де ла Барка , Дмитрий Игоревич Соловьев

Драматургия / Драма / Поэзия / Античная литература / Зарубежная драматургия
Поэты 1840–1850-х годов
Поэты 1840–1850-х годов

В сборник включены лучшие стихотворения ряда талантливых поэтов 1840–1850-х годов, творчество которых не представлено в других выпусках второго издания Большой серии «Библиотеки поэта»: Е. П. Ростопчиной, Э. И. Губера, Е. П. Гребенки, Е. Л. Милькеева, Ю. В. Жадовской, Ф. А. Кони, П. А. Федотова, М. А. Стаховича и др. Некоторые произведения этих поэтов публикуются впервые.В сборник включена остросатирическая поэма П. А. Федотова «Поправка обстоятельств, или Женитьба майора» — своеобразный комментарий к его знаменитой картине «Сватовство майора». Вошли в сборник стихи популярной в свое время поэтессы Е. П. Ростопчиной, посвященные Пушкину, Лермонтову, с которыми она была хорошо знакома. Интересны легко написанные, живые, остроумные куплеты из водевилей Ф. А. Кони, пародии «Нового поэта» (И. И. Панаева).Многие из стихотворений, включенных в настоящий сборник, были положены на музыку русскими композиторами.

Фёдор Алексеевич Кони , Михаил Александрович Стахович , Евдокия Петровна Ростопчина , Антология , Юлия Валериановна Жадовская

Поэзия