Читаем Я всё ещё не спел… полностью

Темнеет небосвод, подёрнутый закатом,И перламутр дали пылает янтарём,Переливаясь бликом пурпурным граната,И наземь ниспадая агатовым дождём.На лёгкие на все, от бремени дневногоПрирода, разрешившись, вздохнула, отойдяОт тяжести жары, полуденного зноя,И бьёт ключом прохлады живительной струя.Сапфировых небес ажурных поволокаПрикрыта серебром перистых облаков —С каймою по краям искристой позолоты, —Скользящих лёгкой тенью верхушками домов.Вот облако-медведь своей мохнатой лапойЛаскает гриву Чёрной красавицы горы,Что стражем возлегла – иль Аргусом лохматым, —Пред Севлюшем, под знаком блуждающей звезды.Здесь бурных вод поток несёт с собою ТиссаИ, пенясь, разбивает о вековой гранит,Пред взором возникая вдруг призрачной Каллисто,И змейкой извиваясь, рапсодией звучит.То тут, то там витают преданья старины глубокой:Здесь призрак Бене Боршо над «Канкивым» парит;Монахов-францисканцев преследуемый орденГонителям жестоким проклятие вершит.Там, в глубине подвалов,в тьме канкивских развалин,В «колодце Капистрана» монаший гроб виситС священными мощами на четырёх на златыхЦепях и тайну свято от недругов хранит.Вот в воздухе маячит лик Перени, барона,Над графскою усадьбой и парком вековым;На Габсбургов с укоромзрит праведник казнённый —Неустрашимый Жигмонд, с задором молодым.Чу!.. Где-то в поднебесье далёким отголоскомДоносится до слуха с угорской стороныПоэмы «Витязь Янош» слог с утончённым лоском,То – Петефи, романтик лирической струны.Вдогонку его лире шлёт музу Бейла Барток:Он «Деревянным принцем» волшебный мир творит,Тот, что его кумирам до упоенья сладок,И к «пастве» благодарной душой благоволит.То – веянье времён, что думы навевает,Здесь дух царит особый… Но что это?.. СиреньМне ветви на плечо вдруг нежно опускаетИ цветом осыпает окрест… Закончен день.Природа замерла и в негу погрузилась —Дай счастья Бог тебе Аркадия страна, —И перлами росы волшебными умыласьИ нежным, живописным твореньем ожила.Мне мил приют полей и шелест трав душистыхПод крик перепелов и треск коростелей,Под трели соловья дубрав широколистыхИ щебет птиц в саду, журчащий как ручей.Ещё один мазок, лишь штрих, до завершеньяВоздушного плэнера красот Карпат седых:Уют сей сотворив, подспудно, вожделенно,Неведомый художник чертог красы воздвиг,Где мир благоухает, не ведая печали,В соцветьях утопая вселенского добра,И манит, и влечёт в сиреневые дали,И нет им ни начала, и нет им ни конца.

Лазурным пламенем

Перейти на страницу:

Похожие книги

Драмы
Драмы

Пьесы, включенные в эту книгу известного драматурга Александра Штейна, прочно вошли в репертуар советских театров. Три из них посвящены историческим событиям («Флаг адмирала», «Пролог», «Между ливнями») и три построены на материале нашей советской жизни («Персональное дело», «Гостиница «Астория», «Океан»). Читатель сборника познакомится с прославившим русское оружие выдающимся флотоводцем Ф. Ф. Ушаковым («Флаг адмирала»), с событиями времен революции 1905 года («Пролог»), а также с обстоятельствами кронштадтского мятежа 1921 года («Между ливнями»). В драме «Персональное дело» ставятся сложные политические вопросы, связанные с преодолением последствий культа личности. Драматическая повесть «Океан» — одно из немногих произведений, посвященных сегодняшнему дню нашего Военно-Морского Флота, его людям, острым морально-психологическим конфликтам. Действие драмы «Гостиница «Астория» происходит в дни ленинградской блокады. Ее героическим защитникам — воинам и мирным жителям — посвящена эта пьеса.

Александр Петрович Штейн , Гуго фон Гофмансталь , Исидор Владимирович Шток , Педро Кальдерон де ла Барка , Дмитрий Игоревич Соловьев

Драматургия / Драма / Поэзия / Античная литература / Зарубежная драматургия