Читаем Я твой монстр полностью

И вчерашняя зеленоглазая гейша, окатив меня полным презрения взглядом, прошла, на два шага вперед, поклонилась, опустилась на колени, и вновь поклонившись, пропела:

– Господин позволит налить ему чай?

Сука!

Причем даже не гейша, а вся ситуация. Вся вот эта ситуация и Акихиро Чи Адзауро в частности! Но если он надеялся меня задеть, то… пошел ко всем гниющим дерсенгам разом.

– Конечно, господин желает, чтобы вы налили ему чай, прекраснейшая, – с воодушевлением произнесла я. – Видите ли, господин сам обслуживать себя не способен, лень, изнеженность и все такое. Ну вы же знаете этих аристократов, да? Так что непременно, всенепременно окажите помощь этому… хреново приспособленному к жизни. Позаботьтесь о нем, дорогая. И помните – хороший омлет залог качественного секса после трапезы. Прекрасного вам… время препровождения.

И развернувшись, я покинула и охреневшую гейшу, и помрачневшего Адзауро.

***

Вместо завтрака у меня был тренировочный зал. С восьми до девяти его закрывали для местной охраны, оставляя нашим сотрудникам, так что… собственно стесняться было некого, и я от всей души избивала грушу, на которой уже трещала кожа по швам.

– Кей, – Полудохлый, с бутылкой воды в ладони, оперся о стену рядом, наблюдая за моей тренировкой, – ты вообще как?

– Охрененно! – соврала я, чувствуя, как заныла кожа на костяшках под перчатками.

– Да? – он отхлебнул из бутылки. – А по тебе не скажешь.

Проигнорив подчиненного, я продолжила избивать грушу.

– Кей, – протянул он, снова сделав глоток воды, – не то чтобы я вмешивался, но переборщишь с тренировками, и твою девственность никто не купит.

Сука, ненавижу!!!

Но бить по груше я перестала, и теперь стояла, тяжело дыша и просто пытаясь успокоиться.

– Ты же в курсе, – напомнил Полудохлый, – никаких силовых тренировок.

– Я помню, – процедила, отчаянно сдерживая ругательства.

И сорвав перчатку с правой руки, активировала визоры… гейша все еще находилась даже не то чтобы в покоях младшего господина – в его спальне. На полу, по пути к собственно этой спальне, валялся ее алый шелковый халат, заколка, символизирующая невинность, обувь… и даже местный аналог бюстгальтера. Недвусмысленно все так.

Следующий удар по груше я нанесла без перчатки. Взвыла от боли, и это отрезвило. Отрезвило разом, потому что – руки, это то, что под перчатками во время любого из визитов не скроешь, они должны быть в идеальном состоянии.

– Треклятая нестабильная плазма, – прошипела, глядя на начавшие кровоточить ссадины.

Полудохлый тактично сделал вид, что ничего не видел, не слышал, и вообще я в норме.

– Слепой сказал, тебя заменят, – произнес он, едва я, оторвав кусок от майки, перебинтовала ладонь.

Не то чтобы это имело смысл, проще было подняться к себе и залечить все переносным гелликсом, но это надо еще дойти, а я просто не выношу вид собственной крови.

– Да, заменят, – подтвердила подчиненному.

На время этой операции командующими были я и Слепой, остальные на подхвате.

– Жаль, – высказал никому не нужное мнение Полудохлый.

Вопросительно посмотрела на него, намекая, что раз сказал, лучше бы ему продолжить. Он пожал плечами и пояснил:

– Если тебя заменят, то максимально похожей внешне девушкой. Единственная кандидатура, подходящая по указанным параметрам – Алкеста. Но работать с ней… Не твой уровень, сама понимаешь.

Алкеста да, не самый лучший вариант. Слепому придется постоянно ее подстраховывать. Продержится ли она месяц? Сомневаюсь, но… это будет уже не моя проблема, а Слепой разберется, ему не в первый раз.

И тут я поняла, что не хочу возвращаться в свою комнату. Тупо не хочу.

Придерживая ноющую руку, огляделась – сейчас тренировалась вся моя команда. Семнадцать человек практически одинаковых параметров – два метра ростом, атлетическое телосложение, и запредельные способности. У меня в команде было шесть асинов, четверо стрелков, два снайпера, способных лежать в засаде без единого движения сутками, и пятеро вышибал, Полудохлый как раз к ним относился. Команду сформировали недавно, и по факту мы уступали большинству подразделений той же гаэрской разведки, но… мы были крысами, способными выжить везде, всегда, при любых обстоятельствах и любой ценой. Были. Сейчас менялось многое, слишком многое, к примеру, правило «За отставшими не возвращаться», существовавшее во всех бандитских подразделениях, с некоторых пор трансформировалось в «Своих не бросать». Хорошо это или плохо – я не знаю. Но руководствовавшись первым правилом, мы выживали везде, руководствуясь вторым… в прошлой операции я потеряла троих.

«Кей, – раздалось по внутренней связи, – гейша покинула поместье».

«Серьезно? Так быстро? – да это был сарказм. – У малыша Чи, кажется явно проблемы с потенцией».

Сверилась с часами – проблемы определенно были. Она в его спальне провела десять минут. Десять минут… это уже даже не смешно, это явная клиника.

«Дерсенг его знает, но Адзауро переоделся и идет к тебе».

Я замерла. Можно было бы, конечно, посмотреть самой, но я спросила Слепого:

«Куда ко мне?»

«В тренировочный зал» – последовал ответ.