Читаем Я с тобой полностью

— Как воспринимать естественное рыцарское стремление мужчины заботиться о женщине и защищать ее. И, — добавил он суховато, — как не ущемлять его достоинства, демонстрируя, что ты не нуждаешься в его опеке и не желаешь ее.

— И что мне делать? Бросаться в ноги в знак благодарности? — едко спросила Валери.

— Простого «спасибо» и теплой улыбки будет вполне достаточно. Ты хочешь поблагодарить парня, а не заставить его думать, что ты безнадежна, — ответил Стивен.

— Я не безнадежна… — начала было она.

— Не надо, Вэл! Я ведь знаю тебя, помни об этом! И поскольку ты так далеко зашла в своем увлечении Робертом…

— Я люблю его, — заявила Валери, решительно вздергивая подбородок, словно пресекая все попытки возражений.

— Возможно, ты так считаешь, но поверь мне, ты не имеешь ни малейшего представления о том, что такое любовь!

Появление во дворе брата предотвратило готовые сорваться с ее языка колкие возражения, но она все еще кипела от обиды и негодования, сидя рядом со Стивеном, когда тот разворачивал машину в направлении ворот.

— Твое время на исходе, — критически заметила она, прислушиваясь к звуку мотора.

— Тебе бы следовало получше меня узнать, прежде чем делать подобные заявления, — проговорил Стивен незнакомой Валери мягкой, многозначительной интонацией.

Более чувством, чем разумом, уловила она в волнующем хрипловатом голосе некое послание, которое с рациональной точки зрения невозможно было объяснить.

— У меня как раз все еще впереди, — продолжил он еще более мягко и тут же совершенно обычным голосом быстро добавил: — А машине действительно недолго осталось, в этом ты права, Валери. Расскажи мне что-нибудь, — после паузы светским тоном продолжил он. — О чем вы говорите, когда остаетесь с Робертом наедине?

— О чем говорим? — уставилась на него Валери.

— Ну, вы же разговариваете, я полагаю? — сухо спросил Стивен. — Или ваше общение протекает, если можно так выразиться, на более глубоком уровне?

Прошло несколько секунд, прежде чем до Валери дошло, что он имел в виду. Ее лицо запылало от негодования и смущения.

— Разумеется, мы разговариваем! Мы говорим на разные темы…

— Ну например? — настаивал Стивен. Темная бровь на слегка повернутом к ней лице требовательно поднялась, напомнив Валери о суровых проповедях, с которыми когда-то Стивен обрушивался на нее за мелкие юношеские глупости.

— Э… Да обо всем на свете, — ответила Валера. Она отчаянно копалась в памяти, тщетно пытаясь отыскать хоть какие-нибудь убедительные примеры серьезных интеллектуальных бесед, которые они вели с Робертом.

— Вот как? Выходит, ты согласна с теми, кто утверждает, что словесная прелюдия может быть столь же эротичной и возбуждающей, как и ее физический эквивалент?

— Эротичной?! — Румянец на щеках Валери все разгорался. — Мы с Робертом находим более интересные темы для разговоров, чем секс!

— И более интересные занятия?

Змей! Этот мягкий вопрос почти незаметно обошел все возводимые ею защитные сооружения, лишив Валери возможности дать ответ. Поэтому она отделалась проверенным: — Я ни с кем не обсуждаю такие интимные вопросы!

Однако на этот раз трюк не удался. Стивен добро спросил: — Даже с Робертом? Возможно, ты и умеешь быстро и ловко разобрать мотор, Валери, но я почему-то сомневаюсь, что ты способна с таким же мастерством раздеть мужчину или раздеться перед ним…

Валери невидящим взглядом уставилась в ветровое стекло. Едкое замечание Стивена почти повторило недавно подслушанный ею обидный разговор двух приятельниц Роберта. — Ты можешь себе представить, — говорила одна другой, нимало не стесняясь тем, что Валери могла ее услышать, — как у постели она скажет Роберту: «Сейчас демонтируем эту деталь, а теперь — вот эту, а потом ты закрепишь эту штуку вот здесь»?! Бедный Роберт, мне его так жаль! Не могу понять, что он в ней нашел! А ты?

Возможно, все это справедливо и ее сексуальный опыт, во всяком случае, в практическом смысле невелик. Возможно, мысль взять сексуальную инициативу на себя в самом деле пугает ее, уж не говоря о том, чтобы раздеть мужчину. Однако она смышленая девочка и вполне могла бы это освоить, если бы не медлительность ее избранника. Роберт не понимал ее робких намеков, а ведь она была уже готова пойти чуть дальше невинных поцелуев и ласк! Может быть, он достаточно ценит и уважает ее и их отношения, поэтому дает им развиваться неспешным, естественным путем?

Внезапно она сообразила, что Стивен ведет машину не в направлении своего дома, а в обратную сторону — к городу.

— Куда мы едем? — резко спросила она. — Я думала…

— По магазинам, — коротко ответил Стивен.

— По магазинам?!

Валери напряглась, с беспокойством припоминая все случаи, когда ее уговаривали изменить стиль одежды. Конечно, все домашние объясняют ее нежелание прислушиваться к их мнению лишь упрямством и скверным характером! Никто не знает, что пристрастие Валери к комбинезонам и джинсам имеет более глубокие корни, уходившие в ее отрочество.