Читаем Я - нет полностью

Я знакома с Флавио уже два года. Я пришла к нему, что-бы взять интервью для «Джорнале». Точнее, интервью брала моя коллега, а я ее сопровождала, поскольку проходила практику в газете. Мы вместе должны были подготовить статью о молодых успешных миланских менеджерах. Два дня спустя Флавио мне позвонил. Я даже не знаю, у кого он взял мой телефон. Сначала я не хотела видеть его, я уже знала его жену Лауру. Не то что мы были подругами, просто я частенько заглядывала в ее магазин, потому что сразу после университета полгода работала на один журнал по антиквариату. И, даже покончив с ним, продолжала забегать к Лауре.

Флавио из тех, о ком говорят «шикарный мужик»: высокий, элегантный, спортивный, мощный. Как морской лев. У него красивое энергичное лицо, твердый подбородок, обветренная кожа. Он решителен, авторитарен, несгибаем, беспредельно любезен, если женщина его интересует, и полный засранец, когда она ему больше неинтересна.

Многие мои подруги находили его неотразимым. Я не устояла и после нескольких месяцев настойчивого ухаживания сошлась с ним. В магазин Лауры я старалась больше не заходить. Но однажды она позвонила и сказала, что очень обижена на меня за то, что я не показываюсь, и попросила забежать хоть на минутку. С тех пор я опять изредка посещаю ее. Но действительно изредка, поскольку не знаю, какими глазами смотреть на нее.

Флавио твердит, что хочет оставить Лауру. Но он никогда этого не сделает. А я уже устала от этой ситуации. Я больше не чувствую в себе желания продолжать встречаться с ним, я даже не уверена, что по-прежнему влюблена в него, возможно, я никогда его и не любила. Он вошел в мою жизнь, когда я находилась в подвешенном состоянии, а он бережно опустил меня на землю. Своей практичностью и рационализмом он вселил в меня чувство уверенности и надежности, и, видимо, я поверила, что люблю его, он реально был мне нужен. Не исключено, что я правда его любила, и может, я до сих пор люблю его, ведь любят то, в чем нуждаются.

Да, он мне нужен. Но я хотела бы любить моего мужчину. Моего полностью. С кем я могла бы вместе строить собственное будущее. Я не могу больше продолжать наши теперешние отношения, мне это причиняет боль, и, боюсь, причиняет боль ему тоже. С некоторых пор мысль о разрыве неотвязна, но я никак не наберусь храбрости сказать ему это. Слишком нелегко. Он так самоуверен, что это будет для него ударом, какого он не ожидает, он даже представить себе не в состоянии, что такое может с ним случиться. И это еще больше усложняет дело. Но я решилась. Я скажу ему это. Я скажу ему это в понедельник. Я скажу, что больше не люблю его и собираюсь порвать с ним. Я должна найти в себе силы сказать ему это.

Ровно в половине седьмого, в стиле Флавио, он и Лаура заезжают за мной. Все похоже на кошмар. Флавио нервничает, я еще больше. Но Лаура так увлечена желанием познакомить меня со своим знаменитым мужем, что ничего не замечает. Она настаивает, чтобы я села на переднее сиденье. Флавио бросает на меня косой взгляд.

Мы отъезжаем.

Лаура наклоняется вперед, опирается на спинку сиденья и говорит мне:

— Ну-ка покажись…

Я, слегка смущенная, оборачиваюсь.

— Ты сегодня прекрасно выглядишь, просто красотка!

— Прекрати, Лаура, пожалуйста, — отвечаю я, чувствуя, что покраснела.

Лаура, не обращая внимания на мое смущение, продолжает, обернувшись к Флавио:

— Любимый, ты не находишь, что эта синьорина — само великолепие?

Флавио согласно кивает с полуулыбкой, делая вид, что переключает внимание на типа, перебегающего через дорогу перед самой машиной.

Лаура ни на секунду не закрывает рта. Теперь она расписывает мне Франческо: симпатичный, интересны парень, иронического склада ума, иногда нетерпимый и крайне строптивый. У меня создается впечатление, что она перестраховаться на тот случай, если Франческо поставит ее в неловкое положение. Слушая хвалебный отзыв Лауры о своем брате, Флавио саркастически ухмыляется.

Флавио описывал его совсем иначе. Он говорил, что Франческо — сама заурядность, нечто вроде сомнамбулы, корабль без руля и без ветрил. Он так усердствовал, расписывая пороки своего брата, что это поневоле вызывало недоверие.

Мы подъезжаем к дому Франческо в восемь. Над звонком в дверь его квартиры прикреплена небольшая медная пластинка с фразой на французском, которая звучит примерно так: «Все несчастья мира происходят оттого, что никто не хочет оставаться у себя дома. Б.П.». Я не знаю, кто этот Б.П.[25], но вечер явно не обещает ничего хорошего! К тому же из квартиры доносится музыка, слышная даже на лестничной клетке. Мне хочется ошибиться, но, по-моему, это Пупо, «Шоколадное мороженое».

Несколько раз звоним в дверь, но, вероятно, из-за того, что Пупо орет на всю катушку, хозяин не слышит звонков. Флавио качает головой и бормочет:

— Ну не засранец ли?..