Читаем Я - некромант (СИ) полностью

Я подхожу наконец к заброшенной обувной фабрике. На моих губах играет лёгкая ухмылка, как в предвкушении чего-то интересного. Оул всегда интересен, независимо от того, чем он занимается в данный момент – препарирует моё прошлое тело или ест икру, изучает меня или просто спит. Он как будто окутан какой-то тайной, такой же бессмысленной и непонятной, как моя жизнь. Я подхожу к обычно закрытой двери подвала и… и вижу, что она приоткрыта. Что-то я не понимаю. Оул всегда запирается на кучу замков и никого, кроме меня, не впускает. Что случилось? Меня гложет странное предчувствие. Точнее, предчувствие отсутствия. Я открываю дверь, захожу внутрь. Опоздал? Нет, не верю. Были жизни, в которых Оул ждал меня годами. Ждал, а потом, как ни в чём не бывало, улыбался и кидался меня изучать с ног до головы. Что-то не так, что-то не по плану. Я прохожу внутрь, осторожно заглядываю в помещение подвала. Никого. Вокруг – полный бедлам, будто по обители Оула прошёл смерч. Прохожу дальше. Где же сам Оул? Неприятное ощущение как будто увеличивается в размерах, если так можно говорить о чувствах. Под ногами шуршат старые медицинские журналы и прошлогодние газеты. Оула тут нет, это ясно как день. Но почему? Где он? Что здесь произошло? Мне перестаёт нравиться эта игра в кошки-мышки. Что-то произошло, а может, до сих пор происходит, но я пока не понял, что и с какой целью. Я прохожу на кухню… и замираю, впадая в ступор.

Прямо на столе, на который я так любил ложить ноги, сидит парень. Правда, я не сразу понял, что это существо мужского пола – собранные в небрежный хвост тонкие дреды может носить и девушка, равно как и гротескно-большие очки в чёрной оправе. Ярко-жёлтый батник и широкие джинсы-трубы. Атипичный фрик налицо. Сначала я просто перевариваю внешность, а потом уже начинаю понимать, что этот человек сидит в доме Оула, в то время как самого Оула в подвале-доме нет! Спросить его, кто он? Как глупо, я ведь тут тоже, можно сказать, случайно зашедший. Тоже? Нет уж, он точно тут не случайно: скучающий вид, отсутствующий взгляд, сигарета в зубах и куча окурков на полу. Сидит тут часа три, не меньше. Но зачем? Пока я собираюсь с мыслями, таинственное существо поворачивает свою голову так, что беспорядочная копна дредов ссыпается на спину а один особо непослушный клок вообще вылезает из жиденького хвоста, и спрашивает:

- Ты кто такой?

От подобной наглости мой артикулярный аппарат отказывается работать, а разум блокируется. Я прихожу домой к своему единственному другу, друга нет, в его доме – полный срач, на столе сидит непонятно кто и спрашивает, кто я.

- Это ты кто такой? Что тут произошло? – наконец говорю я, немного собравшись с мыслями. Эта история перестаёт мне нравится. Как и этот парень.

- Я – социальный работник психиатрической клиники номер шесть, - отчеканивает фрик, глядя на меня отсутствующим взглядом. Он что, укуренный, что ли?

- Что ты тут делаешь? – немного раздражённым тоном спрашиваю я. Мне начинает всё это надоедать.

- Жду тебя, - парень улыбается, и я про себя отмечаю, что улыбка ему к лицу. Ну, Оулу тоже больше подходит улыбка, чем то выражение лица, с которым он сейчас сидит в психушке… психушка… Оул в психушке?! Я удивляюсь самому себе – так тупить может только такой, как я.

- Оул в дурдоме? – мои глаза расширяются, я начинаю чаще дышать. В голове уже роятся планы по вызволению моего любимого психопата из цепких лап врачей.

- Это не дурдом, это элитное реабилитационное учреждение, - подняв указательный палец, наставительным тоном говорит фрик. Сейчас бы ему сапогом в рожу…

- Да какая к чёрту разница?! Где это элитное заведение? И почему это цирк уехал, а самый, по-видимому, красивый клоун остался? – кричу я, впадая в истерику. Да, я редко позволяю себе такую роскошь, но когда дело касается Оула, наверное, мне просто сносит крышу. Фрик смотрит на меня поверх очков внимательным взглядом. А потом, глубоко вздохнув, говорит: