Читаем Я не сдамся полностью

– Привет, однофамилица, – он, не спрашивая разрешения, присаживается напротив.

– Ну, привет. Это мне? – указываю взглядом на кофе.

– Ага, – просто отвечает он. – Я, Олег.

– Настя. Чем я заслужила твое внимание?

– На лекции с утра была?

– Была.

– Дашь конспект? – странно, на лекции был его друг, напоминающий двухстворчатый шкаф. Почему у него не попросил?

– Бери, – достаю из сумки нужную тетрадь и передаю Олегу. Теперь я знаю его имя. Только еще не понимаю, зачем мне эта информация.

– Ну я пошел. Пока. Верну завтра.

– Хорошо, – отпиваю божественный напиток – кофе с ванилью.

Следующая встреча произошла в морге. Мне стало плохо. К горлу подступила тошнота. ОН нежно обнял меня сзади, не дав упасть без чувств посреди трупов.

– Как ты собралась быть медиком, если боишься трупаков? – шепотом произнес он.

– Я не боюсь трупов. От запаха противно, – действительно, ни вид распиленного черепа, ни вытащенный мозг не были способны вызвать такую дичайшую тошноту, как запах распотрошённого тела, заполнивший пространство. Я прямо чувствовала, как мы все пропитываемся здесь вонью, напоминающую протухшее мясо. От этого «аромата» мне стало совсем уж не по себе: руки заметно охладели, голова закружилась, ноги ослабели.

– Эй, милая, пошли-ка выйдем? – он потянул меня к выходу.

– Не пойду, – я пыталась упираться, но тщетно.

– С ума сошла. Ты позеленела вся. Пошли, говорю.

Он практически силком вытащил меня на воздух. Я еще долго не могла отдышаться. Большими глотками впитывала в себя свежий воздух. Мы сидели на лавочке около морга под большим деревом.

– Попей, – он достал из рюкзака бутылку воды и протянул мне.

– Спасибо, – сделала пару глотков и вернула бутылку. Он тоже отпил воды.

– Пошли гулять.

– Куда? – ошарашено спросила я. У нас вроде как занятия. И я не привыкла прогуливать.

– В парк, – он опять взял меня за руку и потащил прочь с этого места.

Так состоялось наше первое свидание.

Из воспоминаний одиннадцатилетней давности меня вырывает телефонный звонок. Так и не разувшись, я продолжаю сидеть в темном коридоре. Достаю из сумочки сотовый и отвечаю.

– Привет, дед, – еле дыша, произношу я.

– Привет, внуча. Как первый рабочий день?

– Плодотворный и выматывающий.

– Что-то счастья я в твоем голосе не слышу.

– Дед, скажи мне честно, ты не имеешь никакого отношения к моему переводу?

– С ума сошла. Конечно, нет. Ты же знаешь, как я не люблю кумовство. Это не та профессия, где приемлема подобная форма принятия на работу. Ты сама всего добилась. И я горжусь тобой.

– Спасибо.

– Что с моей девочкой? – дед всегда чувствовал меня на интуитивном уровне, знал, когда мне плохо, когда хорошо. Ему стоило только взглянуть на меня. А я не умею ему лгать.

– Он тоже работает в этой клинике.

– Я надеюсь, ты не пакуешь чемоданы, чтобы вернуться обратно?

– Нет.

– И правильно. Выше нос, крошка. Ты же МАРТЫНОВА!!!!

Да, да, Мартынова.

И по папе.

И по мужу.

Была.

– Доброе утро, опаздываете, – говорит мне охранник, выдавая ключи от кабинета.

– Вроде, вовремя – смотрю на наручные часы, до восьми еще двадцать минут.

– Сегодня среда, а по средам летучка у врачей в половину восьмого.

– Я не знала, – растерянно произношу я.