Вкус ткани на языке. Толчки всё грубее, резче. Шлепки сталкивающихся тел всё оглушительней. Мычу в кружево, смотря ему в глаза. Краем глаза вижу, как одна его рука сжимает мою грудь, перекатывает сосок между пальцами, оттягивает. Другая накрывает мою промежность, потирая набухший клитор. Вижу, как лепестки розовой плоти блестят от смазки под его рукой. Вижу, как трясутся влажные бёдра от каждого резкого толчка. Вижу и одновременно чувствую. Мозг и тело рвёт в лоскуты от обилия ощущений. Дыхание Тиграна становится тяжелей, движения более рваными. Он давит сильнее на меня телом, впечатывает все-таки в зеркало. Грудь трётся о гладкую холодную поверхность. Голову приходится повернуть вбок и прижаться щекой, около рта на стекле расцветает облачко пара.

Ноги сводит от напряжения. Я встаю на носочки, подаваясь навстречу быстрым безжалостным толчкам. Вожу влажными ладонями по зеркалу, пытаясь удержаться. Заношу одну руку назад и хватаю Тиграна за волосы, притягивая к себе. Лоно жадно обхватывает член, отпуская с чавкающим звуком. Открываю глаза и снова встречаюсь с тёмным шальным взглядом. Он до сих пор смотрит только на моё лицо. Словно душу насквозь сверлит. Что-то есть в его глазах такое, отчего я начинаю задыхаться. Чёрные воронки засасывают в себя. Низ живота неожиданно простреливает. И меня скручивает судорогой облегчения. Я ошалело моргаю, дергаясь в затухающих волнах оргазма. Какого-то непонятного, суетливого что ли, совершенно внезапного. Будто тело разом решило сбросить накопившееся напряжение. Мокрое кружево выпало изо рта и валяется под ногами. Я зачарованно смотрю на него. Меня снова потряхивает, уже едва-едва. Тигран почти не двигается, очевидно ловя сокращения моих внутренних мышц, упиваясь ими. А я никак не могу отдышаться. Мужчина убирает пальцы с моего ставшего болезненным клитора и крепко впивается в бедро. Несколько действительно болезненных грубых толчков, от которых я кривлюсь. И Тигран дергается во мне, кончая в презерватив. Упирается влажным лбом в затылок.

- Хорошая девочка...

Я едва разбираю его сиплый шепот. Использованный латекс летит в урну в углу, вжик молнии сзади, пальцы, возвращающие стринги на место, ладони на моих плечах, разворачивающие меня к нему.

Чёрные глаза, ещё подернутые чувственной пеленой, ощупывают моё раскрасневшееся лицо.

-Я тебя в машине подожду. Разберешься дальше без меня? – губы растягиваются в нахальной усмешке,-Или ещё что-нибудь примерим?

Я только нервно хихикаю и толкаю его в грудь, чтобы проваливал уже. И так непонятно, как набраться смелости и выйти. Иллюзий, что нас не было слышно, я не питаю.

-Поцелуешь, Татлим? – Тигран продолжает улыбаться, но глаза становятся серьезными. В них плещется ожидание.

Обхватываю его шею руками и крепко прижимаюсь губами к губам. И мне так хорошо сейчас. И так хочется с ним этим поделиться.

23. 

По мере того, как утекают минуты, пока я торопливо меряю остальные комплекты, эйфория меня ожидаемо покидает. Нет, я не собираюсь теперь стыдливо смотреть в пол и шарахаться от Керефова поруганной скромницей, но и иллюзий по поводу наших отношений я тоже никаких не питаю. Ему просто почему-то нравится меня трахать. Я это даже по-другому назвать не могу. То, что неожиданно мне это тоже нравится, это уже другой вопрос. Но с ним я разберусь.

Смотрю на своё отражение в зеркале. Улавливаю остаточный румянец, лихорадочный блеск в глазах, припухшие губы, покрасневшую натертую от щетины кожу на шее и ближе к ключице угадываю небольшой наливающийся синячок. Жалко, что лето. Ничем не прикрыть. Одеваю сарафан, сгребаю вешалки. Ну и ладно...

Девушка на кассе отводит глаза. Другая в зале нагло ощупывает мою фигуру, впивается цепким взглядом в лицо. Словно понять пытается, почему именно я. Хочется повести лопатками, сбросить её липкий взор. Повернуться и сказать, чтобы не старалась. Я тоже не понимаю. Дежурные приторные улыбки на их лицах и болезненный интерес в глазах. " Ждём вас снова!"- стройным хором. И я наконец выхожу с очередным фирменным пакетом наперевес.

Тигран сидит в машине, уткнувшись в телефон. Краем глаза подмечаю, что ищет что-то в рабочей почте. Кивает мне рассеянно и начинает кому-то звонить, быстро тараторя на своём и одновременно выруливая с парковки торгового центра. Судя по голосу, он злится, почти орёт в динамик. В ответ доносится слабый оправдывающийся голос неизвестного мне мужчины. Молча пристёгиваюсь и отворачиваюсь к окну. На улице быстро сгущаются сумерки, как это бывает только на юге. Звёзды зажигаются одна за одной, усыпая на глазах темнеющее небо. Ещё чуть-чуть, и оно станет таким же чёрным как глаза моего спутника.