Я так остро чувствую его в себе. И то, что я совершенно обнажена. И то, что он полностью одет. Что даже почти не дотрагивается, не направляет. Только смотрит. С поволокой, жадно. Тяжелый взгляд ощупывает мои раскрывающиеся от тихих стонов губы, ласкает бьющуюся венку на шее, облизывает всё быстрее колышущуюся грудь. Возвращаю взгляд в упор. С вызовом. Не хочу касаться тоже. Крепко вцепляюсь в спинку плетеного кресла поверх его плечей. Чем меньше дотрагиваюсь до него, тем острее ощущаю распирающий горячий член в себе. Тем пронзительней влажные шлепки сталкивающихся бедёр. Вверх- вниз, вверх- вниз. Выгибаю поясницу, меняя угол, чуть в сторону, углубляю проникновение. Из горла вырвается рваный хрип. Так густая короткая поросль его паха задевает, царапает клитор. Перед глазами расцветают звёзды, трусь сильнее. Чёёрт. В горле пересыхает. Веки, подрагивая, прикрывают закатывающиеся глаза. Нестерпимо мокро и обжигающе между ног. Будто в меня кипяток заливают. Тигран ругается глухо на своём. Чувствует, как мне горячо, как тесно. Ему наверно тоже. Не выдерживает, хватает меня за бёдра,сильнее впечатывая в себя, подаётся сам. Ловит правую мочку зубами, прикусывает и начинает нашептывать в ухо почти неразборчиво.

-Давай...давай, Татлим...Нюш...Давай, детка...

Грубые ладони жестко сминают мои ягодицы, растягивают в стороны. Указательный палец давит на колечко ануса. Я дергаюсь в шоке, но возбужденное тело пробирает лихорадочным восторгом от запретности ласки.

-Девочка что ли, Татлим?- хрипло интересуется Тигран, заметив мою реакцию.

Давит сильнее, чуть проникая. И меня пробирает крупная дрожь. Член во мне ощущается совсем иначе, разрывает изнутри, теснит внутренности. Жар внизу живота стремительно нарастает, спина и бедра становятся влажными от проступившей испарины. Я никогда не испытывала ничего подобного. Экстаз с терпкими нотками стыда. Тело охватывает лихорадочная слабость. Лоно судорожно пульсирует, обнимая член, внутренние мышцы болезненно сжимают фалангу его пальца. Утыкаюсь носом Тиграну в шею, всхлипывая на каждой вдохе.

-Сладкая...давай... Не могу уже...

Его руки все сильнее насаживают меня, бёдра быстрее подаются навстречу. Раскалённая пружина закручивается и рвётся, растекаясь отравленным облегчением. Тело сжимает в судороге и тут же отпускает, словно на волнах. Сжимает ещё раз и мягко баюкает. И ещё, тише. Туман застилает мысли в такт затухающей пульсации. Словно со стороны наблюдаю, как Тигран резко снимает меня из себя, заставляет податься назад, облокотиться спиной о стол. Пару раз быстро проводит рукой по вздыбленному члену и белая жидкость помечает мои подрагивающие живот и бёдра.

Затуманенные шальные черные глаза находят мои.

-Тебе бы о таблетках подумать, Татлим. Или уколе. Как-то не срастается у нас с презервативами.

Я моргаю, не сразу улавливая смысл сказанных слов. В голове облако липкой сладкой ваты.

-Должно срастись,- с трудом шевелю непослушными губами,- Я не буду пить или колоть гормоны из- за двух недель.

Тигран как-то странно смотрит на меня. Кажется, что хочет возразить, но лишь поджимает губы. Взгляд становится колючим.

-Одевайся, Анна, и спать, поздно уже. Завтра рано подниму.

Отодвигает кресло и встаёт, больше ничего не сказав. Я растерянно смотрю в спину мужчине до тех пор, пока он не сворачивает в сторону своей комнаты.

18. 

Будит меня бесцеремонный стук в дверь. Словно кулаком по голове. Я даже подскакиваю.

-Да??- хрипло отзываюсь, протирая не желающие открываться глаза.

-Вставай,- доносится глухой низкий голос, а затем я слышу удаляющиеся шаги.

"И вам доброе утро, Тигран Рустамович", - ехидничаю, прожигая недовольным взглядом дверное полотно. Тянусь к телефону. Боже, семь утра. Да он издевается. Ладно, с боссом не спорят. Не забывай , Нюш, ты не на курорте, а на отработке. Очень-очень странной отработке, но уж какая есть. Сладко потягиваюсь на белоснежных простынях и, вздохнув, топаю в душ.

Когда я выхожу из комнаты, Тигран уже допивает утренний кофе, куря и листая что-то в телефоне. Тарелка перед ним пустая и грязная. Поднимает на меня тяжелый взгляд, скользит им снизу вверх по фигуре, отчего я невольно останавливаюсь, словно давая себя рассмотреть. Керефов задерживает взор на тонких бретельках лёгкого летнего платья до середины колена и встречается со мной глазами.

-Мы в офис,- произносит холодно, выпуская дым в сторону.

-Строже нет, - передёргиваю я голыми плечами и сажусь напротив,- Не думала, что мне понадобится офисная одежда здесь.

Тигран никак не реагирует на мой ответ. Просто вновь утыкается в телефон. Тушит сигарету и поудобней разваливается в плетеном кресле. Кошусь на мужчину напротив из-под опущенных ресниц и невольно останавливаю взгляд на спинке этого несчастного кресла. Спинке, за которую я вчера так крепко держалась, когда...

Щеки моментально вспыхивают, и я резко отворачиваюсь. Накладываю себе парочку блинчиков, наливаю кофе. Внутри волнительно бурлит из-за моего молчаливого соседа по столу, аппетит пропадает. Но я приказываю себе успокоиться и есть. Не хватало ещё, чтобы он заметил.