Читаем Я не ангел полностью

— Умно. Значит, моим людям можно не опасаться случайных визитов?

— Если только что-то будет нужно Светику… Но он позвонит мне, и в любом случае я сама приду туда.

— Хорошо. Сейчас ты где?

— Я в Домодедово собираюсь, уже машину грею, мне надо там человека встретить.

— Приедешь — дай знать. К тебе в аэропорту водитель мой подойдет, отдашь ключи. Помнишь моего Стаса?

— Конечно.

— Ну вот, ему и отдашь. И это… Варя… если что, не стесняйся, звони даже ночью, — каким-то стариковским голосом попросит Туз. — Волнуюсь я что-то, не хочу тебя терять.

— Спасибо, я обязательно позвоню.

— Ну, до связи.

Я убрала телефон и вздохнула с облегчением: часть проблем Туз взял на себя, да и я теперь буду чувствовать себя в относительной безопасности, если за мной кто-то присмотрит.

Я села в машину и направилась в сторону аэропорта. К моему глубокому удивлению, дорога оказалась почти свободна, едва я выехала за МКАД. Получалось, что у меня в запасе еще будет время, которое придется коротать в одной из кафешек на территории аэропорта. Ну ничего — попью кофе, подумаю.

Припарковав машину, я вошла в здание, дошла до зоны прилета, уточнила на табло время прибытия рейса — все шло без задержек, это уже добрый знак. Обосновавшись за столиком в кафе на втором этаже, я заказала напитки и приготовилась ждать. Попутно набрала номер Туза и сказала, в каком конкретно месте меня может найти Стас. Он появился спустя час, сразу подошел к моему столику и поздоровался.

— Присаживайтесь, — предложила я, и он опустился на стул напротив, невысокий, но такой широкоплечий, что, казалось, спортивная куртка вот-вот лопнет, не выдержав напряжения.

— День удачный, пробок нет совсем, — заметил он приятным низким голосом. — Хорошо доехали?

— Да, тоже удивилась, думала, что проторчу на дороге, а тут такая благодать.

— Народа много, — заметил Стас, оглядываясь по сторонам, — растет благосостояние, ишь на праздники по загранкам, наверное.

— Наверное. — Я вынула связку ключей и протянула ему: — Вот. Закрыты все три замка, сигнализацию я не включила.

— А консьерж?

— Он не спрашивает. Если что, сошлитесь на меня, скажите, что по делу.

— Хорошо. Вас приняли, — негромко сказал Стас, наклонившись вперед. — Вы не волнуйтесь, человек обучен, без нужды лезть не станет.

— Спасибо.

— Ну, я поеду тогда, раз все сделали.

Он поднялся, чуть наклонил голову и пошел к выходу. Мне, признаться, стало не по себе от мысли, что за мной наблюдают, а я даже не знаю кто, но потом я отогнала ее от себя: так все равно лучше, чем оставаться один на один с неизвестными противниками, от которых всего можно ждать. Увезли ведь уже прямо с улицы, и повторения мне не хотелось.

До того как объявили о прибытии рейса из Еревана, я успела выпить еще две чашки кофе и даже съесть пирожное, о чем сильно пожалела: оно оказалось приторно-сладким и требовало запить себя чем-то кислым, но времени уже не осталось. Я пошла в зону прилета и смешалась с толпой встречающих. Поодаль толпились, как стая акул, местные таксисты с бирками на шеях. Меня всегда кидало в дрожь от этих настырных мужиков, так и норовивших схватить тебя за руку и утянуть за собой. Слава богу, что я на машине и не одна!

Саркиса я увидела сразу — он вышел одним из первых и сразу направился к выходу, не дожидаясь багажа. В руке у него был довольно большой саквояж, раздутый и едва не разваливающийся от количества содержимого.

— Варвара! — зычно завопил Сак, едва заметив меня, и замахал свободной рукой. — Я здесь!

Я пробралась сквозь толпу и взяла его под руку:

— С приездом!

Сака такое приветствие не устроило. Он плюхнул саквояж на пол и заключил меня в медвежьи объятия так, что я едва не задохнулась от запаха одеколона.

— Да отпусти ты, черт! — Еле отбившись, я устремилась к выходу.

Сак, подхватив багаж, рванул за мной, на ходу отбиваясь от предложений таксистов. Уже на улице, пока шли к машине, он вынул из кармана сигареты и закурил:

— О, наконец-то! Сдурели со своими запретами! Думал — уши отвалятся.

— У нас как всегда — чьи-то права защищают в ущерб другим, — фыркнула я. — Как мама?

— О, мама прекрасно! Как обычно, голосиста и недовольна непутевым сыном, — захохотал Саркис. — Жаловалась, что внуков не привез. А что таскать детей на неделю? Туда надо летом, на три месяца, чтоб воздух, солнце, виноград.

— Усаживайся, болтун, — взмолилась я, уже сидя за рулем, — мне тебя отвезти надо, а потом пилить в другой конец Москвы.

— Это зачем? — удивился Саркис, втискиваясь в машину.

Он жил на Таганке, и, по его разумению, моя квартира находилась не так уж далеко. Но не говорить же ему, что я обитаю в гостиницах, как бездомная!

— Дела у меня там. Все, угнездился? Поехали?

— Я дышать боюсь в твоей булавочной коробке, чтоб ее не разорвало ненароком, — пожаловался он, пытаясь пристегнуть ремень.

— Дыши, не бойся.