Читаем Я не ангел полностью

Выйдя из палаты плетусь за доктором по коридору шаркая подошвой тапочек с лисьими ушками. Руки в карманах, спина сутулая, зачем я здесь? Осталась бы дома, почесав прокол от капельницы жалею, что вырвала её так не аккуратно. Неужели насморк дома не вылечить? Пх, этот раз вообще не удачный получился. Глазея на широкую спину дежурного врача вздыхаю посмотрев на исцарапанную руку этой драной кошкой. Вот гадина. Так ей и надо! Войдя в кабинет морщусь от яркого света. Мужчина занял свое место за столом, кивнув на стул напротив.

Разбросанные бумаги на столе сдвинул на край, положив перед собой чистый лист и шариковую ручку сверху. Признание писать заставит во всех смертных грехах? Ужас, как страшно. Но следующее, что он сделал, это вывалил бинты, бутылек с перекисью, лейкопластырь и мазь на стол. Выставив ладонь ждет. Что? Вложить свою руку? Ну ладно, держите. Его брови приподнялись треугольниками вверх. Ой, меняю руку на исцарапанную. Обрабатывая раны молчит. Нечего сказать или ждет от меня извинения? Я права. А белобрысая змея нет. Не стану извиняться. Вздернув подбородок смотрю на стену с картиной кораблей в безбрежном океане. Вот бы оказаться сейчас там, в океане, одной на огромном корабле, покачиваясь на волнах, где никому не нужно ничего объяснять и доказывать. Приклеив последний пластырь, врач потер серые глубоко посаженные глаза вздохнув. Его не много мятый халат с загнутым воротничком слева, говорил о том, что он провел уже не один час в больнице. И не сказать, что мужчина доволен этим происшествием, но он должен сидеть и разбираться в потасовке, просто потому, что сегодня его дежурство.

– Утром приедут твои родители, – начал устало он.

– И что? Заплатят ей за ноутбук?

– Им придется.

– Но ведь это она не имела права фотать меня!

– Знаю, но ты могла просто попросить удалить снимок.

– А я по вашему не просила?

– Не знаю, но результат не в твою пользу.

– Она кому-то отправила моё фото и отказалась удалять, что я должна была сделать?

– Позвать меня. Медсестру. Но не портить чужое имущество.

– Я же не намерено скинула его. Может она вообще специально столкнула его с кровати?

– Вторая девочка подтвердила, что начала ты.

– Начала, но ломать её вещи не собиралась.

– Если её родители захотят, могут даже заявление написать.

– Мне то, что?

– Твоим родителям придется не только стоимость ноутбука оплатить, но и компенсацию.

– Ага, облезет, – складываю руки крестом, – Я сама напишу на неё заявление!

– И проиграешь.

– С чего?!

– Оливия, ты не права. Так ещё и напала первой.

– И чего вы хотите от меня?

– Ты должна извиниться перед ней.

– Нет!

– Тогда завтра встретятся ваши родители.

– Я могу уйти?

– Куда?

– В палату конечно.

– Пока нет, вам обеим нужно остыть.

– Мне на этом стуле остаться спать?!

– Нет, вернешься чуть позже в палату.

– Так пусть она сидит в коридоре, а я спать лягу в кровать! А есть вообще отдельная палата?

– Да, её стоимость тридцать тысяч.

– Ну и ладно, я иду туда!

– Интересно и чем ты заплатишь?

– Мои родители завтра и заплатят, не понимаю почему они сразу в отдельную не поместили меня?

– Они не могут оплатить эту палату.

– С чего вы взяли? Считаете нас нищими?

– Так сказали твои родители, когда решался вопрос о твоем размещении.

– Зачем они вообще привезли меня сюда?

– У тебя переохлаждение. Чтобы не было осложнений ты должна провести здесь несколько дней.

– Сейчас я в полном порядке. Кроме некоторых моментов.

– Каких?

– Общество.

– Не понимаю?

– Они сделали это намеренно, потому что ненавидят меня, – зло произношу.

– Почему ты так считаешь?

– Ой да не делайте вид, что не знаете кто я и, что произошло пол года назад. Весь город помнит, а знаете почему родители привезли меня сюда сами? Потому что не одна скорая не поедет в наш дом на вызов. Не один сосед не прийдет на помощь, если дом наш будет гореть. А если произойдет убийство, то полиция сделает вид, что ничего не произошло. Вот так вот. Я спать, – встаю, покинув кабинет.

В палате темно и обе соседки мирно спят в своих постелях. Вот и отлично, запрыгиваю под одеяло накрывшись с головой. Шмыгнув носом, каждый раз, когда вспоминаю об этой трагедии хочу умереть сильнее чем раньше. Меня никто и не пытается понять, да и зачем им это? Зажмурив глаза, вспоминаю руки испачканные кровью, но не моей… Оказалось, что крики, которые я слышала, были моими. Потому что все до одного были мертвы. Вскочив с кровати разжимаю веки, часто моргая. Утро?

– Да, папа, ты уже едешь? Конечно скорее, мне страшно находиться с ней в одной палате! – Невольно подслушиваю чужой разговор.

Вот дура. Злюсь на белобрысую соседку. Обняв разбитый ноутбук даже слезу пустила, симулянтка бессовестная. Осмотрев её с ног до головы, усмехаюсь. «Жертва» слезла с кровати демонстративно бросив части ноутбука в мусорное ведро. Цирк. Вернувшись на койку, подтягивает свои короткие ножки в розовой пижамке к крошечной груди косясь на меня голубыми выпученными глазками. Так и хотелось выставить указательный палец в тандеме с большим, нажав на курок. Паф… Убита.