Читаем Я - Монстр полностью

В отличие от своих сокурсников, меня не слишком беспокоила учеба: память у меня прекрасная и способности действительно неплохие. Зато я искренне не понимала, почему люди смеются, зачем танцуют, чем, кроме физиологии, мальчики отличаются от девочек. Меня интересовала тысяча мелочей, известная всем простым людям и совершенно не затрагивавшаяся в многочисленных опытах Ордена. Еще мне здорово повезло с соседкой по комнате — Всемилой, которая хоть и поражалась моему дремучему невежеству, но списывала его на мое южное происхождение (такую легенду придумал Ольмек, на случай, если моя необычность и наивность в некоторых вопросах будут привлекать внимание). Под ее чутким руководством я научилась носить платья, к концу второго курса я поняла, что многие считают меня привлекательной девушкой, а к концу четвертого у меня прорезалось чувство юмора, правда, весьма своеобразное. Его первой жертвой стал Таарос — мой главный наблюдатель из среды студентов в Университете.

Орден не оставлял меня без своей опеки, а преподаватели не всегда имеют возможность проследить за своими учениками, в отличие от таких же братьев-студентов. Таарос учился курсом старше и его кумиром на тот момент был магистр Навислав. Естественно, он не мог отказать тому в просьбе и добровольно принял на себя обязанности шпиона, хотя и испытывал при этом противоречивые чувства: с одной стороны, он был рад и горд оказать любезность многоуважаемому магистру, ведь это значит, что тот по достоинству оценил его таланты. Но с другой стороны, необходимость тратить свое драгоценное время на столь недостойное существо, как я, его сильно раздражала. Несколько лет подряд он всегда находился поблизости с таким видом, будто у него непреходяще ныли зубы. Через три года он действительно меня уже видеть не мог.

Всемилу такое отношение со стороны привлекательного парня к своей подруге сильно задевало, в тайну своего происхождения я ее не посвящала, а она, если и подозревала о чем-то, тактично не спрашивала. Впрочем, это не мешало ей язвить в отношении Таароса по всякому удобному поводу, а когда у него возникало желание проучить языкастую малолетку, появлялась я и аккуратненько оттирала девчонку себе за спину — связываться со мной, зная о моем полевом опыте, он не рисковал: еще чего доброго проиграет, потом позора не оберется. Таким образом, из перспективного задания я постепенно стала его персональным кошмаром.

Верно оценив его состояние, я решила окончательно деморализовать противника, как учили меня на всех занятиях в Ордене по тактике и стратегии боя. Праздник весны, отмечавшийся в знакомом кабаке, подходил для этой цели идеально: подговорив еще пару девчонок с нашего курса, мы сели кружком за стол парней. Таарос к тому времени уже привык и не вскакивал презрительно из — за стола при моем приближении, только губы кривил. Видя, что противник теряет бдительность, мы с подружками подливали соседям по столу вина и после каждого танца менялись местами так, чтобы я в результате оказалась как можно ближе к своему объекту, а уж затем бросить ему в стакан болван-настой оказалось делом техники. Когда парня развезло, я взяла его под руку и тихонько увела. Никто, за исключением Всемилы, не обратил внимания на наш уход. По нашей договоренности, соседка осталась ночевать у одного «очень милого» молодого человека, так что ничто не мешало мне осуществить свой план. Главная потеха была назначена на утро: очнувшийся с тяжелой головой Таарос услышал за спиной мой слабый голос с просьбой дать стакан водички с тумбочки. Не веря в происходящее, он слепо ощупал рукой простыню, понял, что абсолютно голый, покраснел и потащил на себя одеяло сильнее, практически полностью стянув его с меня и еще какое-то время, по-прежнему находясь в полной прострации, тупо разглядывал мою голую грудь.

В общем, воды тогда я так и не дождалась, зато Таарос показал чудеса скорости без всяких магических ухищрений: никогда не видела, чтобы столь быстро одевались. Даже в полевках, когда голодная обарзина сидела у нашей палатки, мы не вскакивали так споро. Хотя больше всего меня удивило окончание этой шутки: на следующий день, как и во многие последующие ночи Таарос приходил ко мне уже сам. Человеческая душа — поистине загадка. Я впоследствии намекнула магистру Ольмеку, что ему неплохо было бы взять себе смышленого ассистента, на роль которого мой бывший недруг подошел идеально.

От приятных воспоминаний о студенческих годах меня отвлек странный звук: полувизг-полувой на грани осязания. Вампиры явно его тоже слышали и настороженно оглядывались вокруг.

— Это суххкры, и они взяли след, — развеяла я их сомнения, типа, вдруг просто зверек какой голодный, маму зовет.

— Сколько у нас времени? — деловито поинтересовался Всеслав, — успеем подобрать подходящее место, чтобы отбиться?

— Судя по звуку, они пока идут одни, без магов, это упрощает дело. Бить их надо только в точку на горле, поэтому наблюдайте за мной. Шкура у них сходна с вашей, нуу, с нашей, — поправилась я, — в другом месте не пробьешь. Все понятно?