Читаем Я, Люцифер полностью

Я ведь только что разоблачил всю эту ерунду. Действительно, ему повезло, что мы были старыми друзьями. А то... Но, принимая все в расчет, я был рад тому, что реакция, неизбежно последующая с моей стороны, не причинит ему какого бы то ни было вреда.

— Люцифер, — сказал он, положив свою руку мне на бедро. — Неужели мирное прощение так ужасно, чтобы принять его? Разве спасение — не самый бес­ценный дар, который Он мог бы нам дать? Неужели тебе за все эти годы ни разу не захотелось вернуться домой?

Я вздохнул. Иногда, как я понял, это как раз то, чего требует ситуация. Лунный свет на моем лице напоминал прохладную вуаль. Двери моей спальни, открытые на сторону веранды, белая стена, непости­жимая геометрия созвездий. Время для прозрения, подумал я. Рассказ о ком-нибудь другом, построенный на лирическом описании анального секса, он мог бы превратить в прилив и отлив. Рассказ о каком-нибудь другом жеребце.

— Рафаил, — сказал я, и затем, не выходя из образа, добавил: — Рафаил, Рафаил, Рафаил.

Никакого эффекта, на который я мог бы рассчи­тывать, это не произвело. Несмотря на все мои ста­рания.

— Разреши мне сказать тебе кое-что, дорогой мой. Ты думаешь, я отчаялся?

— Люцифер...

— Ты думаешь, что я постоянно пребываю в состо­янии отчаяния?

— Конечно. Конечно, это так, мой дорогой, но то, что я пытаюсь тебе внушить, это...

— Я не отчаялся. -Что?

— Ты слышал. -Но...

— Отчаяние — это когда ты видишь перед собой лишь поражение, забыв о всякой надежде на победу.

— О, Люцифер, Люцифер.

— Я повторяю: я не отчаялся. А теперь, ради всего святого, иди спать.

Но он не пошел. Он сидел рядом со мной, опустив голову и положив свою ладонь мне на бедро. Возможно, я ошибаюсь, но мне показалось, что его глаза блестели от слез. (И хотя я знаю, как это отвратительно, но я на самом деле почувствовал возбуждение в мошонке, что было знаком предстоящей эрекции. Столь обычной.)

На этот раз он вздохнул и сказал:

— Что ты будешь делать?

— Я собираюсь в Лондон.

— Когда?

— Завтра. Мне нужно... — А что мне было нужно? Квартира? «Ритц»? Закончить сценарий? Книгу? Вы­яснить все детали предстоящей авантюры? (Я ведь с самого начала сказал, что буду рассказывать не обо всем...) — Мне нужно обдумать все наедине с самим собой. Все, о чем ты мне говорил. И дело совсем не в том, что я тебе не верю...

— Ты не веришь мне, Люцифер, я знаю. А с какой стати ты должен верить? С какой стати ты должен верить, что за всем этим кроется нечто большее, чем подвох, который имеет целью... имеет целью...

Он так и не смог закончить предложение. Встал и неслышно подошел босяком к двери, там он оста­новился и сказал, обращаясь к черепице:

— Я просто хочу, чтобы ты знал: я здесь. Я сделал свой выбор.

— Месячное злоключение? — спросил я.

Я видел, как его зубы сверкнули в лунном свете.

— Я давно не был дома, — сказал он. — Теперь это мой дом, — затем снова, обращаясь к полу: — ...и твой тоже, если он тебе понадобится.

♦