Читаем Я - лесной дух полностью

Вражеские солдаты растянулись длинной колонной по дороге. Мы ехали по равнине и, полагаю, что ехали уже долго, так как нигде на горизонте не было видно моего родного леса. Рядом держались три повозки с детьми-аборигенами, в одной из которых был я. Я сидел с краю повозки, дальше всех от кучера. У всех нас были связаны руки толстой верёвкой, давление которой пережимало кисти, из-за чего они начинали неметь. Взрослые аборигены шли далеко от нас пешком с остальными солдатами, с такими же, завязанными руками. Пожилых аборигенов нигде не было видно. Они в другой повозке? Или же…

Ладно… Сейчас это не важно. Важно понять, что делать дальше. Почему я не смог применить луч? Ответ напрашивается сам, я не могу применять луч, так как я стал человеком. Однако я чётко чувствовал, что мог применить его, однако вместо луча я получил боль. Почему так получилось? Возможно что-то стало с моими мано каналами?

Я сфокусировался на потоках маны и на собственном ослабленном теле. Так… Что? ЧТО ЭТО?

Я ахнул от увиденного. В моём теле были стандартные человеческие мано каналы, я уже много раз видел их, когда занимался лечением, однако поверх их были ещё одни. И эти вторые мано каналы напоминали каналы, что были в моём прошлом теле, в теле духа.

Чего? Что за бред?

Каким-то образом поверх человеческих мано каналов, появились ещё одни, мано каналы духа. И что это вообще значит? Как с этим работать? Как это вообще может работать?

В теле Саара, точнее уже в моём теле, была мана. Я начал водить эту ману по каналам, пытаясь найти, где находилась причина, по которой я испытал боль. Причина быстро обнаружилась вместо с очередной порцией боли.

- Арчшш. – не сумев стерпеть боль, зашипел я сквозь зубы, стараясь быть как можно тише.

Мано каналы наложились друг на друга, при чём, криво, из-за буквально мешали друг другу работать и передавать ману. Мано каналы Саара были толстыми и немногочисленными, а каналы из тела духа, наоборот. В одном месте каналы криво сплетались, а в другом были совершенно отделены друг от друга, чтобы дальше снова сплестись. Из-за происходящего хаоса в каналах, он больше напоминал запутанный клубок ниток, чем систему по эффективной передачи маны по телу, которой она должна быть. Когда я подаю ману и пытаюсь высвободить её из тела, то мана неминуемо либо попадает в тупик или закручиваясь по кривым каналам сталкивается сама с собой, вызывая дикую боль.

Это получается, что я больше не смогу пользоваться маной? Хотя, стоп… Нет. Помню, как Саар говорил мне о медитациях, благодаря которым молодые маги и рыцари могут, править свои каналы предавая им нужную структуру. Это может помочь!

Я тут же закрыл глаза и сконцентрировался, и начал думать, как это сделать… Небольшими толчками маны я попытался сдвинуть канал в сторону, чтобы проверить как это работает и у меня сразу же получилось, канал немного сдвинулся в сторону. Так… Далее я попробовал соединить свои каналы с изначальными каналами тела в том месте, где они по идеи логично должны быть соединены. Каждый толчок маны отзывался болью, которую я старался терпеть, не издавая и звука.

Не знаю сколько прошло времени. Может час, может два, однако в конечном итоге мне удалось дотолкнуть один свой канал до другого и после с силой впихнуть один в другой, чтобы они соединились. Последние действо было особенно болезненным. Так же, я осознал, что мои каналы духа были намного более пластичными, чем изначальные каналы этого тела, поэтому чтобы облегчить себе задачу, я решил, что буду подстраивать в первую очередь каналы духа, так как каналы Саара поддаются совсем тяжко из-за своей ширины и плотности.

Вскоре я почувствовал усталость и сам того не понимая уснул.

- Эй ты! Жри давай, или тебе ничего не достанется! – меня разбудил чей-то голос и рука, что активно трясла меня за плечо.

Я открыл глаза и увидел перед собой кучера, что протягивает мне кусок хлеба. Я хотел было протянуть ему руку, чтобы взять предложенную еду, но конечности очень плохо меня слушались из-за общей слабости и изнеможденности. Моя рука медленно и дрожа потянулась за хлебом, однако кучер не стал ждать, когда я всё-таки дотянусь, и хмыкнув бросил кусок хлеба мне на колени, а после ворча развернулся и ушёл к костру, что развели солдаты неподалёку.

Я поднял своими, затекшими от пут и ослабленными, кистями упавший на меня хлеб и надкусил его, так как голод чувствовался неимоверный. Хлеб был черствым и определённо безвкусным, однако из-за того, что это тело давно ничего не ело, то вкус казался отличным. Оказывается, голод – это, действительно, лучшая приправа. Было очень непривычно вновь ощущать все эти человеческие потребности. Когда я был духом, то никогда не чувствовал голода и физической усталости и, к тому же, никогда не спал. Быть духом намного продуктивнее и легко…