Читаем Я, Легионер полностью

Перед его глазами вновь возник Моймило, холм, который возвышался у аэропорта Сараева. Этот холм был стратегическим пунктом для обеспечения безопасности аэропорта. Пламен дежурил на холме, а Георгий скрывался поблизости с тяжелым пулеметом 12.7. Все казалось спокойным, не в первый раз оба болгарина стояли на этом посту и наблюдали за аэропортом. Они были готовы сражаться, но уже второй месяц стояли в наряде зимой на морозе.

Им оставалось десять минут до конца смены, когда Пламен решил размять ноги и осмотреть прилегающий к будке район. Он явно решил посетить своего товарища-пулеметчика, как вдруг раздался выстрел. Георгий услышал, как Пламен спокойно сказал: «Меня подстрелили», и увидел, как его друг упал на землю. В него попала пуля снайпера, и Георгий понимал: если выйдет из укрытия – он тоже погибнет. Георгий повернул тяжелый пулемет на треноге в ту сторону, откуда, возможно, стреляли, и ответил снайперу мощной пулеметной очередью. Он прислушался и повторил залп, а потом решил помочь другу.

Он никогда в жизни не бежал так быстро. В считанные секунды он добрался до окровавленного тела своего земляка и так же быстро перетащил его в будку. Пламен был без сознания, а его бедра были покрыты кровью. Пуля пробила ноги на несколько сантиметров выше паха.

Георгий уже подал сигнал тревоги, и вскоре два вертолета закружили над холмом. Один произвел несколько выстрелов ракетами по предполагаемому убежищу врага, в то время как другой пытался приземлиться около будки. Георгий решил, что его друг может выжить. Все произошло так быстро, что, прежде чем Георгий успел объяснить, что именно произошло, Пламен уже летел в Париж.

– Какой будет следующая миссия? Я не могу дождаться, чтобы вступить в настоящий бой, – прервал Эрвин его воспоминания.

– Парень, я думаю, вы через пару месяцев поедете в Чад, но в этот раз я не хочу участвовать, я навоевался, – Георгий был непреклонен.

– Но ты упомянул, что повторно подписал контракт, ты собираешься дезертировать после долгой службы?

– Нет, не собираюсь и не оставлю легион раньше срока. Я планирую остаться до выхода на пенсию, но буду работать на кухне поваром. В то время как ты был в Кастеле, я был там же, но на стажировке на кухне, поэтому позабочусь, чтобы вас хорошо кормили, – рассмеялся Георгий.

– Так ты покинешь роту, но когда?

– Это будет не скоро. Придется провести с вами еще пару учений, чтобы я мог передать тебе свой боевой опыт. Все же в меня стреляли, а в вас нет, и желаю тебе никогда не становиться мишенью.

– Но я пришел в легион воевать.

– Да, я знаю, что большинство из нас после обучения хотят любой ценой воевать, но после того как они понюхают порох, некоторые изменят свое мнение. Перед поездкой в Чад я попытаюсь подготовить тебя стрелять из пулемета так, чтобы ты стал лучшим из лучших.

Через неделю рота Георгия и Эрвина пошла в 60-километровый марш-бросок, который закончился стрельбой на специально подготовленном для этой цели полигоне. Эрвин был единственным новичком в группе, но его напарник был опытным наводчиком и помогал словаку во время учений.

Обычно несли два ствола пулемета, но сержант подмигнул Георгию и сказал ему, что он будет применять тактику «пипетка». Эрвин не понял, о чем идет речь, но он уже видел, что другие понимают друг друга почти с первого взгляда.

Старые солдаты, капралы и сержант участвовали в недавних миссиях в Сараеве, Руанде и Центральной Африке, поэтому атмосфера в группе была дружеской. Для большинства из них это было одно из последних учений в рядах боевых рот.

Сержант уходил в отставку после бурных 16 лет службы. У ефрейторов истекали контракты, и они возвращались к гражданской жизни. Георгий перешел бы на кухню, а два других старых легионера уезжали в Кастель, где обучались на механиков до миссии в Чад. Эта боевая группа коренным образом изменит свой состав всего за несколько месяцев, и старые легионеры должны были передать свой опыт новобранцам именно во время последних учений, на которых они были вместе. Почти в течение всего похода Эрвин нес самую тяжелую часть пулемета один. Георгий чередовался с остальной частью группы, и каждый из них нес ствол, в то время как огромный словак решил строить из себя Шварценеггера и упрямо нес основную часть пулемета.

Это было зимой, но на юге Франции погода была относительно мягкая, стояла приятная прохлада, осадков не было, идеально для прогулок. На второй день марша Эрвин начал чувствовать боль в коленях, но не хотел показывать слабость и продолжал нести ношу, не обращаясь за помощью. Георгий видел усилия своего напарника и понял, что настала пора сменить Эрвина. «Во время миссии не нужно показывать, что ты сильнее других, мы не на соревновании и действуем, как один, так что пришло время сменить тебя!» Сперва Эрвин думал отказаться, но вдруг понял, насколько болгарин прав. Не нужно перегружать себя, потому что если что-то случится с ним, то отстанет вся группа.

– Благодаря тебе и твоим усилиям мы вышли вперед. Тебя ждет блестящая карьера в легионе, парень, – похвалил его сержант.