Читаем Я из Африки полностью

Когда после прогулки второй класс готовил уроки, Любовь Петровна появилась снова в сопровождении молоденькой девушки и какого-то высокого худого человека. На нем был надет серый, очень узкий костюм, черные, очень узкие ботинки. Рукава пиджака были ему коротки, и руки, покрытые рыжеватыми волосами, торчали из них, как будто он вырос из своего костюма.

Человек внимательно оглядел класс, Анну Ивановну, всех ребят. Нана сидела, как всегда, на первой парте, и человек уставился на нее прозрачными холодными глазами. Нане стало неловко от этого пристального и холодного взгляда. Давно уже на нее так никто не смотрел. Она вдруг вспомнила учителя в школе, там, у себя дома. Так он смотрел на маленьких африканцев.

— Садитесь, пожалуйста! — приветливо сказала Любовь Петровна и придвинула стул высокому человеку.

Он сел, положив ногу на ногу, вытащил из кармана записную книжку. Девушка быстро и тихо что-то говорила ему на непонятном языке. Он слушал ее и время от времени чуть-чуть кивал головой.

— Господин Уилсон хочет присутствовать на ваших занятиях и поговорить с вами, ребята, — сказала Любовь Петровна, улыбаясь. — Ему хочется узнать, как живут и учатся советские дети. Господин Уилсон будет задавать вам вопросы по-английски, а товарищ Сергеева будет переводить на русский язык то, что он будет спрашивать. Господин Уилсон говорит, что он очень любит детей, но он никогда еще не разговаривал с советскими детьми. Пожалуйста, Анна Ивановна, прервите ненадолго уроки, господин Уилсон будет спрашивать…

Любовь Петровна села рядом с переводчицей.

Господин Уилсон встал и положил свои длинные руки на переднюю парту. Нане хорошо были видны рыжие веснушки на его руках. Большие плоские часы отстукивали «тик-так», «тик-так», «тик-так».

Тихо-тихо стало в классе.

Господин Уилсон заговорил.

Рядом с ним встала переводчица и перевела:

— Дорогие дети! Господин Уилсон говорит, что он очень рад сегодня увидеть советских детей в их школе. Он хотел бы узнать, что вы ели сегодня на обед? Господин Уилсон хочет, чтобы ему ответил мальчик…

Господин Уилсон прошелся между партами и положил руку на плечо Саши Вострикова, худенького и бледного после недавней болезни.

Саша встал. Он посмотрел на американца, потом почему-то на Анну Ивановну и, загибая пальцы, начал говорить:

— Винегрет, борщ, котлеты, картошка, компот… И добавку, если хочешь, можно.

Американец недоверчиво посмотрел на Сашу и спросил что-то Любовь Петровну.

Переводчица перевела:

— Господин Уилсон хочет знать, почему мальчик такой худой?

Саша пожал плечами.

— Я был болен! — ответил он. — Зато вон Костя какой толстый!

Все ребята засмеялись, а американец вытянул шею и беспокойно завертел головой, не понимая, почему смеются ребята и что ответил Саша. Когда переводчица объяснила ему причину веселья ребят, он тоже улыбнулся. Длинные узкие губы его искривились. Потом он опять спросил что-то…

— Господин Уилсон интересуется, — хочет ли кто-нибудь из ребят поехать в Америку? — Переводчица медленно выговаривала слова.

— А чего я там не видал! — буркнул Алеша.

Класс зашумел. Нана опустила голову, когда взгляд американца остановился на ней.

— Ну что же? Хочет кто-нибудь из вас поехать в Америку? — спросила Анна Ивановна.

— Конечно, интересно! — сказал Андрюша. — Посмотреть все — и назад домой!

Переводчица перевела. Американец удивленно поднял брови. Потом он очень внимательно посмотрел на Нану и что-то спросил.

— Господин Уилсон удивляется, что у нас в интернате учится африканская девочка, — сказала переводчица.

— Но объясните ему, пожалуйста, что у нас в Советском Союзе учатся и студенты и дети из разных стран! — сказала Любовь Петровна. — В интернате номер пятьдесят девять есть, например, несколько ребят из Африки, дети из Ирака. Они учатся у нас совершенно бесплатно…

Господин Уилсон снова быстро что-то проговорил.

— Господин Уилсон спрашивает эту девочку, не хочет ли она поехать в Америку? — Переводчица внимательно посмотрела на Нану.

Нана энергично замотала головой… Нет, нет! Она не хочет ехать с этим господином в Америку! Она вообще не хочет никуда уезжать из Москвы, пока не кончит учиться. Здесь ее мама. Здесь, в интернате, ее дом. Здесь, в Москве, у нее много друзей. А этот господин с холодными прозрачными глазами… Как он посмотрел в первую минуту на Нану. Как он посмотрел! Вот так смотрел на маленьких африканцев учитель в ангольской школе. Вот так смотрели холодными, презрительными глазами на Нану белые португальские господа на улицах ее родного города. И маленькое сердце Наны сжималось так же, как сердца других африканцев.

Конечно, всего этого Нана вслух не сказала. Но, с ужасом зажмурив глаза, она мотала головой, и всем было ясно, что она не хочет ехать в Америку с господином Уилсоном.

Господин Уилсон с удивлением посмотрел на Нану и что-то спросил.

— Господин Уилсон спрашивает, из какой страны эта африканская девочка? — перевела девушка. — Он не понимает, почему она не хочет ехать в Америку?