– Да плевать нам на это! – прервал его Павловски. – Ваши фантазии и сексуальные мании не являются предметом нашего расследования.

От повышенного тона Коста мигом съежился, и Максим стиснул зубы. Напарник был совершенно несовместим с его собственными методами допроса, и на мгновение он горько пожалел, что их тандем с Эммой распался. В подобных ситуациях эта грубоватая на вид забияка оказывалась идеальной партнершей.

– А вы знали, – продолжил Павловски, – настоящее имя этой Нины?

– Э-э… я всегда называл ее так.

– Что нам важно, господин Коста, так это выяснить ее истинное гражданское состояние.

Маленький человечек нахмурился.

– По вашему мнению, она находилась в переходном периоде?

– Я не понимаю, – пробормотал тот, сморщив лицо.

Максим хотел вмешаться, но рисковал еще больше обескуражить собеседника. Запугивающий тон, к которому прибегнул Борис, точно не подходил для общения с таким уязвимым существом, как Брюно Коста, но Максиму удалось заставить его открыться, и теперь коллеге оставалось только закончить работу на свой манер – результат так или иначе будет получен.

– Была ли Нина оперирована? Проходила ли курс лечения? – загремел Павловски.

– Гм, нет, – ответил Коста, опуская взгляд и сцепив под столом пальцы. – Это не был… скажем, скорее он был двуполым и женственным, любил одеваться в женское платье и…

– И вы так и не узнали его имя? – оборвал его Борис. – Я хочу сказать, мужское имя.

Тот покачал головой.

Он не лгал.

Максим, как опытный синерголог, мог поручиться: больше ничего из Брюно Коста им вытянуть не удастся.

<p>21</p>

Вернувшись в бригаду, Борис созвал всех в конференц-зал.

На белой доске были написаны все те же вопросы, и Максим констатировал, что на нынешней стадии расследования они так и не получили ни одного ответа.

Младший лейтенант Павловски казался еще более нервным, чем обычно, и к тому же еще более властным. По удивленным взглядам коллег Максим понял, что они тоже таким его еще не видели.

Борис не стал ждать, когда все рассядутся, и сразу начал:

– В конечном счете выяснилось, что все наши четыре жертвы мужского пола. Несколько минут назад мы с аджюданом Монсо получили этому подтверждение. У меня на данный счет возникло несколько теорий, и мне бы хотелось их обсудить, чтобы максимально ускорить темп расследования этого загадочного дела.

Шум передвигаемых по полу стульев заглушил его голос, поэтому он после краткой паузы продолжил:

– Прежде всего, у нас имеется профиль нашего подозреваемого, Кристофа Корню, который некоторое время содержался в психиатрической клинике в Швейцарии, – насильственные действия с применением холодного оружия. У меня есть все основания полагать, что он взялся за старое уже здесь, и его жертвами стали четыре лица, список которых он составил. Над этим делом витает тень секты Дети Гайи, и я бы хотел, чтобы мы тщательно изучили их методы привлечения новых членов. Необходимо понять, какие законы они могли нарушить.

Услышав название секты, Максим подумал, что сейчас все собравшиеся обернутся к нему. К счастью, никто не шелохнулся. Благодаря транквилизаторам он был словно обернут в вату, но, по всей видимости, против его параноидальных страхов таблетки были бессильны.

– Несколько лет назад этой секте уже был вынесен обвинительный приговор за злоупотребление доверием и финансовые правонарушения. Тогда был выявлен ее modus operandi, который, я уверен, кое-что вам напомнит. Секта помогала новым адептам сменить личность, проведя несколько месяцев как бы в отпуске на лоне природы, а потом исчезнуть и укрыться в одном из принадлежащих ей владений. Руководители продумывали все до мелочей, они умудрялись убедить новообращенных перевести все свои сбережения на практически неотслеживаемые счета в Швейцарии. Леруа, ты же говорила о счетах с неизвестным IBAN, не так ли?

– Совершенно верно, – тут же откликнулась она. – Гора и де Алмейда работают над этим.

Она коротко мотнула подбородком в сторону двух дородных жандармов.

Тома заговорил первым.

– Мы только что получили более детальную информацию по этому поводу, – заявил он, слегка выпятив грудь.

Он раскрыл блокнотик в обложке из искусственной кожи и пролистал несколько страниц.

– IBAN того счета, на который трейдер Колин… э-э-э… Вассард переводил деньги, на самом деле швейцарский, и причина, по которой он не соответствовал ничему, что содержится в наших базах данных, заключается в том, что это необанк[28], то есть интернет-банк, под названием Revolut.

Заинтригованные этим открытием, собравшиеся завороженно слушали.