Читаем Я - Эль Диего полностью

После этого мы отправились на юг, в Сан Мартин де лос Андес, где начали подготовку к сезону и несколько отдалились от дрязг и ссор. Но все равно, если кто-то спрашивал, являются ли мои плохие отношения с Макри слухом, я отвечал, что это чистой воды правда. Все существовавшие между нами разногласия я свел в одну простую формулу: его родители были очень богатыми, мои — очень бедными, так что делайте выводы сами.

Мы по-прежнему с ним не виделись, у нас не было иного выхода. Однажды он появился в Эсеисе, где мы тренировались, облаченный в футбольную форму. Бедняга, он хотел получить удовольствие, сыграв в футбол с нами, со своими наемными рабочими, и попал в мою команду, составив пару в атаке Канидже. Мы выиграли 1:0 благодаря моему голу, и когда спросили мое мнение о нем, я был последователен: как футболист… он хороший бизнесмен.

Когда спорам и ссорам пришел конец, я начал играть. Правда, на поле также шла борьба, тем более, что «Бока Хуниорс» был способен на то, чтобы изредка жалить соперников, но не сражаться за чемпионский титул. По большому счету, нашим пределом было четвертое или пятое место.

Официально цикл Билардо-Марадона начался с голеады, когда 8 марта на поле «Велеса» мы зыбили четыре мяча клубу «Химнасия и Эсгрима» из Хухуя. Счет открыл я с пенальти, а все остальное зависело лишь от того, насколько быстро будут доставлять мяч Канидже. В какой прекрасной форме был тогда Кани! Он в одиночку вытаскивал матчи — с «Платенсе», с «Ланусом». Какой же головкой члена был Пассарелла, не приглашавший его в сборную. Не вызывал он и Батистуту, таким образом оставив за бортом двух лучших нападающих Аргентины.

Мы сражались как могли. Я был эдаким умелым старичком: делал точные передачи, иногда демонстрировал дриблинг, но вот голы давались мне с трудом, с огромным трудом…

Смогли ли бы мы подняться выше, если бы я реализовал какой-нибудь из пяти пенальти, что я смазал за эти фатальные полгода? Я хотел лишь забыть об этих пяти проклятиях, чтобы на них закончился кошмарный этап в моей карьере.

Неудачи стали нас преследовать начиная с 13 апреля 1996 года, в Росарио, в матче против «Ньюэллз Олд Бойз». До той встречи мы не знал поражений, хотя играли так себе. В тот вечер я прошел через все круги ада: сперва вратарь парировал мой удар с 11-метровой отметки, а под конец я получил мощный удар по правой ноге. Я ушел с поля, так как не мог больше терпеть эту боль, а с трибун несся свист в мой адрес. Они мне не верили! Они не верили в то, что я получил травму; как такое могло случиться?! Я словно чувствовал в ноге теннисный мяч, а какие-то недоумки еще и сомневались.

«Архентинос Хуниорс» мы забили четыре мяча и начали смотреть на турнирную таблицу уже совсем другим взглядом. Однако мое возвращение, черт побери, оказалось неудачным: 9 июня я вновь не смог забить проклятый пенальти, на этот раз «Бельграно». Лабарре отразил мой удар, я пошел к центру поля и услышал как с трибун несется: «Марадоооо, Марадоооо!» так, словно они меня прощали, делали мне снисхождение. Я даже не захотел посмотреть в их сторону! Я знал, что там сейчас плачут Клаудия и мои дочери. Они действительно плакали! Когда матч уже подходил к концу, и казалось, что все завершится никому не нужной ничьей, я подобрал мяч, прошел с ним немного и что есть силы ударил по воротам. Мяч просвистел надо всеми, перелетел через Лабарре и, ударившись о дальнюю штангу, оказался в сетке; я их сделал, я сделал их всех… Бог в очередной раз протянул мне руку помощи.

Я прекрасно понимал, что мое возвращение не пройдет тихо и мирно. На этот раз Бог оставил меня, и наши пути пересеклись с дьяволом… Нет, хуже чем с дьяволом. Это был Кастрильи. Вспоминая 16 июня 1996 года, матч в гостях против «Велес Сарсфилда», я прихожу к выводу, что именно те события повлияли на мое будущее в «Боке». Мы играли против нашего непосредственного соперника в борьбе за чемпионский титул, вели в счете, и первые полчаса той встречи я провел как никогда хорошо с того момента, как решил вернуться. Как всегда, настоящим героем смотрелся Каниджа, который открыл счет на 15-й минуте, и я то и дело загружал его мячами… А я умудрился забить пяткой, и когда я это сделал, мне аплодировали даже болельщики «Велеса». Но нас ограбили, у нас украли победу. В наши ворота назначили штрафной удар и пенальти, которых и в помине не было! Не было!