– У тебя в этой кузне есть какие-нибудь связи? Можешь вывести на людей, знакомых с Арбитрами? – Гвоздь не оставлял надежды разыскать похищенный экипаж «Пилигрима».

– Ты что?! С ними стараются вообще никаких дел не иметь. Арбитры вроде как «добро», но у этого «добра» такие кулаки, что все их стараются обходить стороной.

– Эти добряки начали стрелять прежде, чем мы «здравствуйте» успели сказать. И у них мои люди.

– Сочувствую, но…

Глубокое соболезнование Рома выразить не успел, Гвоздь вдруг запнулся и застыл как вкопанный. Ему было отчего сбиться с шага – перед глазами появилось сообщение от его военного чипа.

Найдена несущая частота маяка. Код объекта – НВИ 18-375. Координаты:

56.710-83.101

Недалеко. И код объекта явно военный. Придется все-таки Роме немного с трудоустройством подождать. Конечно, этот неизвестный объект также может оказаться выжженными развалинами, но Гвоздева не оставляла надежда, что хоть какие-нибудь военные структуры должны были уцелеть. Ну не могла гигантская армейская махина исчезнуть без следа пусть и за сто лет. Прапорщики должны были обязательно остаться в целости и сохранности. Они ведь, как тараканы, способны пережить ядерную войну, падение метеорита и ледниковый период вместе взятые.

– Эй, народ! Дело есть, – окликнул девушку и парня Гвоздь, – нам тут по дороге в одно место забежать надо. Привет передать.

Глава 6

Космодром ЗМ-1547 на своем долгом веку повидал многое. Блеск и грохот стартов, и триумф возвращений космических экспедиций. Настоящую бойню, развернувшуюся здесь во время Войны за Равенство. Десятки лет запустения и заброшенности. Его разрушенные здания взирали пустыми глазницами окон на наваленные трупы на посадочной полосе с абсолютным равнодушием. Унылый пейзаж нарушило легкое движение, зашевелилось одно, причем самое массивное из тел. Перечеркнутый плазменной очередью, чернеющий пробоинами, похожий на жука с четырьмя лапами, экзоскелет Лектора перекатился с брюха на спину. И снова замерз.

– Сволочь неподъемная, – с того места, где лежал жук, поднялся Падлик.

Он присел на корточки и оттер кровь с лица. Его лоб, от брови до брови, пересекала рваная рана. Прав был Гвоздь, понты в боевой обстановке до добра никого не доводят. А с другой стороны, был бы на Падлике шлем, остался бы они в сознании и начал он со своими подельниками метаться по ВПП, точно бы схлопотал заряд себе в грудь. Хотя нет, таких сволочных натур, смерть обычно настигает ударом в спину.

Шатаясь, он поднялся, оглядел себя и застонал от бессильной злобы. Падение многотонного экзоскелета оставило многочисленные выбоины, царапины и вмятины на его надраенной до блеска красно-золотой кирасе.

– Вот сссука! – в припадке ярости он пнул жука в покатый бок, – ты знаешь, сколько это стоит?!

Жук горделиво отмолчался. Осмотревшись по сторонам и увидев свое падшее, нарубленное в жуткий салат из мяса и железа, воинство, Падлик завыл по-волчьи. Как вожак, потерявший по глупости всю свою стаю.

– Ответите! – орал он, и разрушенные стены вторили ему глухим эхом, – найду вас твари, и вы мне за все ответите!

Непонятно, что его взбесило больше, царапины на его немыслимо дорогой броне или гибель дружков. А может Арбитры что есть силы наступили на самолюбие главаря. Он ведь считал, что какой бы занюханной дырой не была Тринадцатая зона, убивать здесь имеет право только он.

Падлик так и ушел, потрясая кулаками и обещая полный набор кар небесных. А уже через пару часов, когда солнце прогрело бетон и над ним появилось марево миражей, как бы паря над дрожащим перегретым воздухом на полосе появилась бодро вышагивающая фигура. Несмотря на жару, незнакомец был замотан в темно-синее полотнище, закрывавшее его с головы до икр. Его глаза были спрятаны под круглыми черными очками с бронзовой оправой, которые оставляли открытой только нижнюю часть лица с короткой седой бородой. Он шел, опираясь на необычный посох из черненого металла, набранный из идеально подогнанных друг к другу вытянутых треугольников.

Дойдя до места побоища, он бесцеремонно уселся на брюхо экзоскелета Лектора. Сорвал тянущуюся из трещины в покрытии ВПП травинку и пожевал ее, осматривая поле битвы. Потом встал, подошел к оставшимся на полосе черным кругам от выхлопа стартовых двигателей челнока. Присел и ковырнул пальцем сажу, закоптившую бетон. Потом зачем-то облизнул этот палец и довольно покачал головой.

– Братииик, – раздалось протяжное завывание, – помогиии.

Незнакомец в темно-синем обернулся. Шагах в десяти от него, лежа на боку и протягивая к нему руку, лежал прихвостень Падлика. Левая сторона его лица спеклась в черно-бурую массу, а одна из металлических ног была оторвана ниже колена.

Выплюнув травинку, незнакомец подошел к раненному импу, и уставился на него, склонив голову на бок как ворон.

– Братик, мне бы в больничку. Отвези, а? – прохныкал шнырь.

– Что здесь произошло? – тихо спросил человек в синем.