Читаем Я - другой! полностью

Вроде бы на голову Гвоздева свалилось столько всего, что он должен был отучиться удивляться раз и навсегда. Но баба! Его держала в плену баба! Вернее, молодая девушка. Тонкая длинная шейка торчит над воротником пуленепробиваемого плаща. Затылок и виски выбриты, на правом виске татуировка в виде хорька несущего в зубах мышь. Волосы белые, как только что выпавший снег, только кончик забранного на затылке хвоста черен, как уголь.

– Лектооор! Ты дома? – девушка бесстрашно шагнула к куче застывшей земли.

Зажегся прожектор, высветив их и больно резанув по глазам. На верхушке башни откинулся люк, и из него выехала платформа с установленной на ней автоматической пушкой. Орудие повело хоботом из стороны в сторону и вперилось точно в Гвоздя.

– Он маньяк во всем, что касается безопасности, – обернулась, улыбаясь, девушка.

Гвоздю в глаза бросились широкие скулы, придававшие лицу девушки немного жесткое выражение. И большие зеленые глаза, с лисьим прищуром издевательски глядевшие на безопасника.

С раздирающим душу и барабанные перепонки скрипом отворились железные ворота, и из них выбралось нечто, напоминающее жука-скарабея, вставшего на задние лапы. Жук с грохотом и лязгом пошел навстречу к ним, и Гвоздь заметил на его верхней правой лапе зловещего вида излучатель. Левая же была украшена пусковой установкой четырех ракет. Брюхо жука закрывали мощные полосы брони, голову защищала цельная металлическая полусфера. Гвоздеву до одури захотелось для беседы с жуком иметь под рукой противотанковое орудие. – Привет! – девушка, как ни в чем не бывало, замахала рукой приближающемуся чудовищу.

Чудовище остановилось, печально выдохнуло и раскрыло свое брюхо. Полосы металла в шахматном порядке разъехались в стороны, и из образовавшейся щели выпрыгнул старик с всклокоченными волосами в замызганном медицинском халате.

– Ласка! – крикнул старик, истерически потрясая разукрашенными разноцветными кляксами кулачками, – сколько раз я тебе говорил – не приводи сюда чужих! А? Сколько это можно повторять?!

Значит вот как зовут эту дерзкую налетчицу. И Лаской ее, скорее всего, прозвали не за ласки и нежности, а за ее характерец, напоминающий повадки мелкого, но одного из самых отважных хищников на Земле.

– Я не чужой, я ее брат, – решил помочь девушке выкрутится из неудобной ситуации Гвоздь. В конце концов, от переговоров с этим вздорным стариком зависело и его будущее.

– Какой еще брат? – недоверчиво поглядел на него старик.

– Какой-какой – единоутробный, – поставила точку в своей родословной Ласка.

– Что-то ты не говорила, что у тебя родственники есть. Сиротой всегда прикидывалась, – дед сощурил глаз.

– Не рассказывала – значит, не надо было. Хабар лучше принимай, –

Ласка подошла к кузову своего броневичка и начала выкидывать на землю части бандитов.

Лектор окинул взглядом жиденькую кучку.

– И это все? Где ты этот хлам нашла – свалку ограбила?

– Добыла в четном бою!

– В честном? Вальнула пару нубов из засады, – проворчал дед, – и зачем ты это мне привезла? Продать?

– Подарить, – девушка ослепительно улыбнулась, – за три дозы мути.

– Муть? За этот мусор? У меня что, богадельня для убогих?

– Две дозы, – девушка продолжила улыбаться, но улыбка у нее приобрела хищные черты.

– Одну! И только потому, что я коллекционирую рухлядь!

– Но…

– Или забирай это барахло с моей лужайки и езжай искать другого дурака! – настоял на своем Лектор.

– Грабишь ведь, – произнесла девушка, и старик довольно кивнул, – хорошо, забирай.

Старик повернулся к башне и надтреснутым голосом крикнул:

– Рома! Бездельник! Тащи свою задницу сюда.

Потом он подошел к «выпотрошенному» жуку, засунул руку в экзоскелет и достал ампулу с бирюзовой жидкостью. Он бросил муть Ласке, та поймала ампулу и убрала ее в карман плаща. Из башни выбежал худощавый долговязый подросток, катящий перед собой жестяную тележку.

– Это забери, – Лектор показал на кучу запчастей от «франкенштейнов».

Парнишка мотнул гривой длинных волос и начал укладывать отрубленные конечности в тачку.

– Мне бы еще подзарядиться…

– Ага, а еще поесть и переночевать! – оборвал девушку старик, – многовато ты хочешь за этот хлам.

– Там два сердца исправных есть! И потом есть у меня к тебе одно предложение…

– Предложение?! – протянул старик, – из-за твоего последнего предложения мне из Громовой Кузни сюда бежать пришлось!

– Ты там сам виноват был, не надо было пытаться меня кинуть, – ответила Ласка, и старик опустил глаза, – и здесь куш в сто раз больше будет!

– Сотое сердце нашла? – ухмыльнулся Лектор.

– Самолет. Который до орбиты подняться может.

– Таких не бывает. Поверь, в чем-чем, а в технике я соображаю, – недоверчиво сказал Лектор.

– Во-во, представляешь, сколько стоит то, чего ни у кого нет?

– И откуда он у тебя?

– Он… – кивнула Ласка на Гвоздя, – в смысле брат пригнал.

Старик перевел взгляд на Гвоздева.

– У тебя правда есть орбитальный самолет?

– Челнок. Это называется челнок.

– Ты не умничай! – завелся дед, – есть или нет?

– Прямо сейчас нет, но знаю где взять, – осклабился Гвоздь.