Читаем И власти плен... полностью

И все-таки он попросил их этого не делать. Ни в коем случае не делать. За пленку благодарил, обещал переписываться и говорил все необходимое и положенное, что принято говорить при добром прощании, зная наверняка, что уже никогда не побывает в этих местах и людей этих никогда больше не увидит. Он уехал.

Теперь ему пишут из Красного Бора, пишут регулярно. Сообщают, что музей ширится, что они просят прощения за историю с пленкой. Они хотели сдержать данное ему слово, но настояло районное начальство. «А голос у вас, как у Баталова, и музыкальные паузы получились». Музей занял первое место на Всесоюзном конкурсе. Когда конкурсная комиссия слушала его рассказ, члены комиссии прослезились. «Как емко, — сказала председатель комиссии, — как доверительно и достоверно…»

Что наша память? Бесстрастный хроникер событий? Вряд ли. Прозрение души человеческой. Без прошлого нет настоящего. Но то и другое во имя будущего. Да будет славно оно и счастливо…