Читаем И тогда я солгал полностью

Вот они показываются. Следуют за мной по пятам, шестеро или семеро заходят слева, прибрежная тропа справа от меня перекрыта. Я знаю их всех. Марк Релаббус, двоюродные братья Сеннены. А вот Квики, покинул-таки свою берлогу… Позади них, подбирая юбки, бежит Долли Квик. Кто бы мог подумать, что старуха способна развить такую скорость? Джефф Паддик волочится из Вентон-Ауэна, а с ним его сестры в штанах для верховой езды. Даже Енох выполз из своей норы, его шевелюру треплет ветер. Они повсюду, куда я ни гляну.

Я не могу спрятаться, поэтому взбираюсь вверх, на крутой край скалистого склона над морем. Смотрю в сторону города. Он слишком далеко, а укрыться негде.

Я все еще могу оторваться от них. Отталкиваюсь от скалы и кидаюсь по тропинке. Я на ничейной земле, впереди всех. Они заходят слева и справа, но тропинка сереет передо мной. Миновав дрок, я оказываюсь на изрытом дерне, который пружинит у меня под ногами и помогает двигаться быстрее. Передо мной вырастают валуны, загораживая мне путь, но я виляю между ними. Впереди крутой спуск, и я преодолеваю его стремительно, почти влет. Позади меня раздается рев, но ветер уносит его в сторону. На этот раз они меня не догонят. Смотрю вверх и вперед, на прибрежную тропу и полоску дерна за ней. Продолжаю бежать и вдруг резко останавливаюсь. Впереди дороги нет. На моем пути обрыв. Я слышу, как внизу бурлит море. Оглядываюсь и вижу, что они по-прежнему идут следом. Смотрю налево и направо, и они приближаются с обеих сторон, будто кошки. Марк и Тони Релаббусы, молодые Сеннены, чуть позади Эндрю Сеннен. Его сестра выкрикивает ругательства. Двое полицейских в форменных пальто и шлемах. Вот шляпа доктора колышется над дроком. Долли Квик и Эллен Техиди. Мне даже кажется, будто я вижу мистера Денниса, который выискивает себе наилучшую точку обзора, но навряд ли это он. Я вижу все эти лица в течение пары секунд, как будто их осветила сигнальная ракета. Я в ловушке. Меня поймали.

— Ах ты пустомеля, — произносит чей-то голос мне на ухо. Я оборачиваюсь. Как я мог не заметить его раньше? Вот он, стоит на краю утеса, без труда сохраняя равновесие. Мы постоянно подначивали друг друга, кто встанет ближе к краю. На этот раз он победил.

— Фредерик!

Он не в мундире. Да и с чего ему быть в мундире, раз он здесь? Война кончилась. На нем темно-синяя шерстяная фуфайка и ни пятнышка грязи. Он выглядит как обычно.

— Пойдем, — говорит он и протягивает мне руку.

Я не могу до нее дотянуться. Делаю шаг вперед, потом еще один. Позади меня раздается разочарованный возглас. Им не по нраву, что Фредерик мне помогает. Они хотят меня повесить. Но светит солнце, то же самое солнце, что и всегда. Оно озаряет волосы Фредерика, его чистую кожу и взбаламученное море позади него. Я по-прежнему в нерешительности. Не уверен, что смогу до него дотянуться. Кажется, он понимает это без всяких слов, говорит мне: «Иди сюда, я дам тебе руку», — и вдруг оказывается совсем близко. Я вдыхаю запах его кожи и волос. Он подает мне руку, и я без труда ее хватаю. На этот раз она теплая.

— Это было чертовски ловко, мой кровный брат, — говорит он, и мы уходим вдвоем.