Читаем И нет мне прощения полностью

– И что нам теперь делать? – выслушав пересказ детектива, спросил он. – Где ее искать?!

– Не знаю, – сухо ответствовал Алексей, испытывая жгучее желание припомнить Ломову треклятый феназепам в соке Манон.

Но промолчал: какой смысл упрекать парня? Тот и сам мается…

Они стояли друг против друга и молчали. Кис, чувствуя суровую усталость во всем теле, безнадежно пытался нащупать хоть мало-мальски завалящую догадку. Петр, похоже, тоже старался придумать какой-то разумный следующий ход, однако не находил…

– Дойдем до конца бульвара. Уже немного осталось, – наконец проговорил Алексей.

Оставалось и в самом деле немного, метров четыреста, но они шли медленно, всматриваясь в кусты – мало ли, вдруг еще какой бомж попадется! – и заходя во все точки торговли и питания, которые просматривались по сторонам бульвара.

Наконец он закончился, уткнувшись в трамвайные рельсы.

– Мы дошли до конца бульвара, Петр, – Манон здесь нет. Позвоните ей еще раз.

Петр выполнил распоряжение, – но телефоны Манон по-прежнему глухо молчали.

– Как вы понимаете, дальнейшие поиски бесполезны…

– Нет!

– Петр, поймите: девушка проделала некий путь по бульвару в отключке, на автопилоте. Я очень надеюсь, что с ней ничего страшного не произошло, – поспешил добавить он, увидев, как потемнели глаза Петра. – Но автопилот… Вам приходилось действовать в таком состоянии?

– Случалось, – осторожно ответил Ломов, не понимая, к чему клонит детектив.

– Он работает примитивно: пока есть прямая улица, – в нашем случае бульвар, – то по нему и идется. Но когда прямой путь заканчивается…

– Вы хотите сказать, что теперь мы путь Манон не сможем вычислить?

– Именно, – с облегчением ответил детектив. Когда собеседник врубается и САМ соображает, это искренне радует.

– То есть вы собираетесь свалить?!

Опа-на! Алексей, честно сказать, еще не собирался, – просто не успел принять решение, – но дело, похоже, к тому шло. Он действительно не представлял, куда им с Петром теперь направить стопы…

И вдруг его осенила великолепная идея. Тем более великолепная, что мозги уже самым наглым образом отказывали, требуя сна.

– Манон выглядела, как пьяная. Ее патруль мог замести! Я сейчас проверю!

Петр, судя по хмурому взгляду, не особо разделял энтузиазм детектива.

– Я пока вон в то кафе загляну, – он указал на вывеску. – Вдруг Манюнька там отметилась…

Кис кивнул, набирая номер.

Облом! И там, и там: Петя в кафе не обнаружил следов Манон, а Кис получил негативный ответ: патруль девушку с чудны́м именем Манон не задерживал…

Алексей видел: Петя, несмотря на отрицательный результат, никак не готов сдаться, прекратить поиски. Его гонит, помимо желания найти девушку, еще и чувство вины за феназепам, без сомнения…

– Пойдем дальше по Бульварному кольцу? – предложил Ломов.

Алексей, несмотря на парализующую усталость, согласился. Странным образом, теперь, в конце пути, он за Манон уже не особо волновался – интуиция там или что (вдруг просто усталость? Алексей не очень доверял таким зыбким вещам, как внутренний голос) – возникло чувство, что она вне опасности…

– В данный момент я бы предпочел выпить кофе и съесть что-нибудь. В кафе, где вы только что были, чем кормят?

– Но мы ведь… Мы ищем Манон! Если вы пойдете завтракать, то мы потеряем как минимум полчаса! Алексей Андреевич, мы не можем себе этого позволить!

– Хорошая физическая форма есть залог успешного следствия!

– Нет, нет, мы же упустим время!!! Вы не можете, вы не имеете права!..

– Сынок, – вредным голосом произнес Кис, – ты уж позволь мне судить самому, на что я имею право, а на что нет!

Они еще некоторое время препирались, стоя на светофоре у пешеходного перехода и не подозревая, что их разногласия помогут им найти Манон…

…Манон открыла глаза из-за того, что луч солнца, проникший в щель между плотными занавесками, болезненно врезался ей между век.

Первое, что она ощутила, – непомерная жажда. Она, словно зная, где стоит бутылка воды, нашарила ее на полу и отхлебала половину от того, что в ней оставалось.

Стало немного легче. Голова болела невыносимо, но хоть жажду она утолила. Манон села на кровати.

…На кровати?

Она осмотрелась. Крошечная комната, довольно запущенная. Старые занавески, старое покрывало… И кровать старая: с шишечками. Дверь в комнатку неплотно прикрыта. Где она? Почему не дома?!

Выскользнув из кровати, она обнаружила, что одета в вечернее платье… В то самое золотистое платье, которое так шло к ее каштановым волосам с легкой рыжинкой… в котором она, кажется, была вчера в ресторане…

В ресторане?.. Ах, ну да, с Костей! Да, с ним, точно!

А теперь она где? У Кости? Не похоже, судя по убогому виду комнаты…

Ноги ее оказались босы. Кто-то снял с нее босоножки.

Она на цыпочках подошла к двери и тихо-тихо открыла ее пошире…

За ней оказалась другая комната. «Смежная», вспомнила она название такого устройства квартиры. Старая мебель, и, хоть толком не видно, но казалось, что пыльная. Стол со скатертью с бахромой, небольшой книжный шкаф, забитый до отказа, диван, покрытый ковром, на стене тоже ковер…