Читаем И лад, и дали полностью

И лад, и дали

Поэзии менялся род,И память мне рисует ярко,Как сыпал стрелами остротВ речах неугомонный Марков.Стихи, как пламя и узор,Под легким, может быть, наркозомДостойный славы и призовЧитал нам элегантный Кобзев.Здесь посетил наш уголокВолшебник — Федоров Василий.Он книгой о любви увлекНевест и женщин всей России.Законов не было сухих,Но гости стульев не ломали.Читала бурные стихиС кудрями золотыми Майя.Друзей не перечислишь всехИ трудно рассказать толково,Как вызывали шумный смехСатиры мудрого Глазкова.Я знаю — соберемся сноваЗа круглым праздничным столом,И будет дружеское словоЧередоваться со стихом.

Иногда люди попадали в наш дом самым невероятным образом. К примеру, однажды к нам неожиданно пришел музыкант Анатолий Полетаев — руководитель оркестра «Баян», заслуженный артист РСФСР. Он услышал в Москве об отце от Кобзева, после чего решил лично познакомиться с тамбовским художником и поэтом, побывав в нашем городе на гастролях.

Как-то раз Милосердов в разговоре сказал, между прочим, что Семен Кирсанов сочинил стихотворение «Лесной перевертень» в форме палиндрома, строки которого одинаково читаются слева направо и справа налево: «Это невероятно трудно. Так некогда писал и Велимир Хлебников». Отец очень заинтересовался палиндромом и уже на следующий день представил на суд своих друзей придуманные им обратимые строки: «Кумир беда — дебри мук», «Весна — реверанс Ев» и некоторые другие. Вскоре от сочинения отдельных строк Николай Иванович перешел к написанию стихов, а немного позднее — к поэмам. Они всегда вызывали высокую оценку гостей нашего дома — поэтов.

Особый восторг палиндромы вызывали у Двинянинова. Он поддерживал и поощрял своим неподдельным интересом творчество отца. Если по какой-то причине ему долго не удавалось видеться с папой, он обязательно звонил по телефону и спрашивал, не написаны ли новые стихи. «Я, — говорил Двинянинов, — хочу прочистить свои мозги вашими палиндромами». Его фраза «палиндром — космодром поэзии» скоро стала крылатой.

Двинянинов писал:

Король и гений палиндромаНе только есмь палиндромист:Он в Эльдорадо[11] или дома,То пейзажист, то портретист!Он, мусагет, кистей оратор,Мир поразит еще не раз,И Полигимния с ЭратоС него не сводят глаз.

Отец в свою очередь написал стихотворение-тавтограмму, в котором запечатлел выразительный образ Двинянинова:

Двинянинов — дока. Не Драйзер,Не Данте дремучих дриад,Девиц деликатных не дразнит,И в дебрях дельцов — дилетант.

Читаем И лад, и дали полностью

И лад, и дали

Похожие книги

Все жанры