Читаем i db8cd4e57c86abca полностью

   Наверное, самым загадочным продолжало оставаться то, что незнакомка ни о чем не спрашивала его самого. Как будто ей было ведомо все, что только могло и не могло уложиться в голове воина. И даже больше. Загадочная спасительница оказалась волшебницей. К сожалению, воин был мало знаком с магами и волшебниками. Лучше было бы сказать, что вообще не был знаком. Исключение составлял лишь его отец. Но старик скорее был шаманом, собирателем трав, в которых, однако следовало признать, знал толк. Теперь и воину предстояло познать некоторые таинства магии и волшебства, перед которыми, по правде говоря, он испытывал определенный страх и недоверие. Все сверхъестественное всегда пугает человека, если разум его не готов принять неизведанное. Но, лишенный возможности двигаться, ему приходилось признавать существование сил, в которые он отказывался верить. Так он постигал смирение.

4

   - Подними его, - приказала безликая.

   Как и прежде, воин не видел ее лица, поэтому мысленно нарек свою спасительницу "безликой". Проведя долгое время без движения, воин вскоре смирился с мыслью, что уже никогда не сможет подняться с постели и ходить. Худшая участь, которую только можно было себе вообразить: его ожидала судьба калеки, за которым будет ухаживать женщина до конца его дней. Даже пускай она была могущественной волшебницей, чьей силы Зовару никогда бы не удалось постичь, гордому варвару нелегко было принять такой исход. Однако он все же смирился, но лишь только потому, что ничего другого ему не оставалось.

   - Это невозможно. Ты же знаешь, я не могу пошевелить ни рукой, ни ногой, - его это сильно раздражало. "Чего она добивалась? Лучше бы оставила его спокойно умереть", - подумал он.

   - Смерть еще нужно заслужить. Не ищи легких путей, Зовар. Ты - воин, но у тебя странное представление о силе. Сила не в том, чтобы размахивать своим мечом. Сила в том, чтобы знать, когда этот меч нужно вынимать из ножен, а когда он должен оставаться в покое до тех пор, пока рыцарь не сделает все возможное, чтобы избежать необходимости воспользоваться им. Воин - это убийца, который даже не задумывается над тем, есть ли у его действий последствия и что он несет за них ответственность. Он - человек без чести и достоинства. Для него отнять жизни все равно, что отнять еду у того, кто слабее. Рыцарь оценивает и взвешивает каждый свой поступок. Легче всего пролить чужую кровь. Гораздо сложнее заставить эту кровь течь по венам. Дать жизнь. И не просто дать, а взрастить. Лучшие мечи выковываются в душах людей, а душа - это сталь, которая способна на все. Ты - меч. Но ты растерял сам себя, разбился на мелкие кусочки, когда ударился о то, что оказалось прочнее, сильнее. И все же в твоей власти собрать эти осколки и выковать из них новый, еще более крепкий меч. Попробуй еще раз. И помни о терпении, - голос безликой постоянно звучал в голове Зовара даже тогда, когда ее не было рядом. Ее голос напоминал ему о вое дикого ветра, о боевом кличе вождя, о реве морской бури. Этот голос приободрял его. И все же то, чего она от него добивалась, было невозможно.

   "Легче подняться с этой койки с моими разбитыми и раздробленными костями, чем сделать то, чего хочешь ты! Будь ты проклята, ведьма!", - Зовар мысленно изливал в адрес безликой проклятия, даже не задумываясь над тем, что его мысли ей ведомы. И все же волшебница не держала зла на него. Она знала, какую боль испытывает варвар, как страдает от мысли, что уже никогда не сможет ходить.

   Однако, несмотря на свой словесный упрек, Зовар сделал то, что просила его сделать безликая. То есть, на самом деле он не сделал ничего: "Что ж, пускай думает, что я что-то делаю! Это все равно невозможно! Как можно сдвинуть взглядом предмет?!"

   Она ничего не сказала. Волшебница просто удалилась, оставив Зовара в одиночестве. Он негодовал. Ярость поднялась в нем с такой силой, что он бы разнес в этой комнате всю мебель, если бы мог встать. Не раз в своей жизни Зовар получал ранения от оружия врагов, от клыков и когтей животных. Даже твари оставили на его теле несколько шрамов. Вспомнился последний бой. И, несмотря на все, он поднимался и шел дальше. До того рокового дня, когда он впервые потерпел поражение и очутился здесь. "Почему же судьба выбрала именно его - погубившего стольких своим безрассудством, своими амбициями? Что в нем было такого, чего не было в других?", - Зовар продолжил свои размышления. Он много думал. Теперь у него было достаточно времени для этого.