Читаем I. C. G. (СИ) полностью

– Тогда, зачем ты это делаешь? – и рыжий видел это: отодвигаясь на край кровати, он жестом пригласил парня присесть рядом, пытаясь рассмотреть его лицо, насколько позволяла маска, которую тот не спешил снимать.

Милкович не ответил.

Да и не стоило, наверное, ему этого делать. Проследив за рукой, поднимающей бутылку виски к бледным губам, кадыком, трижды дернувшимся при глотках, и голубыми глазами, в которых только начал угасать огонь озлобленности и ненависти, Йен все понял без слов.

– Хочешь? – спросил Микки, протягивая своему спасителю спиртное.

– Я уж думал приказать тебе поделиться, – улыбнулся Доминант, забирая емкость.

– Тогда ты бы нихуя не получил, – вернул улыбку Милкович, но знал, что ошибается.

Реакция его тела на простые вопросы, желание отвечать на любой из них, странная тяга к зеленоглазому парню прозрачно намекали на это.

«Это просто усталость и воздержание» – убеждал себя Микки, откидываясь спиной на холодное покрывало, разглядывая трещинки на потолочной побелке, начиная расстегивать пуговицы рубашки.

Он знал, зачем рыжий забрал его с собой, прекрасно понимал, для каких именно целей использовали эти комнаты, не раз уже успел оценить мягкость местных кроватей, но чаще – неприятную грубость ворса ковролина.

– Сегодня был тяжелый вечер, Микки, – услышал он задумчивый голос рыжего, допившего виски в пару больших глотков и обернувшегося к нему, замечая дрожавшие пальцы, вытаскивающие круглые пуговки из петель. – Поспи, – последнее, что уловил он, перед тем, как отключиться, подчинившись тихому приказу.

***

Утро встретило сабмиссива сильной головной болью, стянутой из-за долгого пребывания на лице пластиковой маски кожей, и тошнотой.

Умыв лицо и прополоскав рот, Милкович подобрал с пола свои кроссовки, заботливо снятые с его ног Йеном перед уходом, размышляя на тему странной встречи.

Почему он заступился за него? Зачем позвал с собой в комнату и уложил спать? Почему не воспользовался расшатанным самоконтролем и потерей сил саба? Кто он, вообще, такой?

И почему он сам так реагировал на этого странного Дома? Желал подчиниться?

Но самым главным вопросом, никогда до этого самого момента не беспокоившим Микки, стал вопрос его полного имени.

Он задавал его себе весь день, не один раз поглядывая на три буквы, украшающие его запястье, надежно спрятанные от посторонних взглядов кожаным браслетом.

«I. C. G.»

Комментарий к Маски

надеюсь, меня не вздернут за яйки за подобные шалости =)

========== Шаги ==========

Йен Галлагер никогда не хотел себе саба. Твердо придерживаясь позиции равноправия и свободы выбора, Доминант игнорировал три буквы на своей руке, не задумываясь даже о том, чтобы попытаться найти обладателя подобных инициалов.

Но красивым шрифтом выведенные на запястье «M.С.M.» не давали покоя, тревожа сон рыжего, вырисовывая в призрачной дымке тумана фантазий едва заметный силуэт.

Йен не хотел себе саба. Собственными глазами наблюдая за тем, что может с человеком сделать эта связь, Галлагер зарекся однажды – он не станет определяться никогда.

Но Фиона продолжала уверять его в том, что Джимми был идеальным партнером, несмотря на всю ту боль, что причинил Доминант своему сабу, превращая когда-то жизнерадостную, яркую и своенравную девушку в некое подобие личности, единственным смыслом жизни которой стало желание угодить своей второй половинке.

Йен Галлагер не хотел властвовать и управлять. Наличие в огромном семействе нескольких сабмиссивов (помимо Фионы помечена им была еще и Дебби) научило молодого человека уверенно управлять своей силой, оставляя девушкам право на отказ от просьб, никогда не звучавших в форме приказа, умело перефразируемых парнем в вопросы.

Йен Галлагер не хотел подчинять.

Но ему все равно удавалось это делать, несмотря ни на что.

Сегодня в «HoCaS» было не так много народу – середина недели не самое удачное время для посещения подобного заведения, но Йен обычно приходил сюда именно в будни.

С понедельника по четверг в стенах Центра Галлагер находил то, что нужно.

Первоочередной целью молодого человека, расхаживающего по едва освещенному залу среди десятка незнакомцев в масках, никогда не было удовлетворение своих плотских желаний; рыжий с легкостью мог противостоять периодически бунтующим в теле гормонам, лишь усилием воли и длительным мозговым процессом успокаивая не всегда уместное возбуждение.

Будучи довольно сильным Доминантом, Йен мог получить в свое распоряжение любого свободного саба, но ему это было не нужно.

Галлагер искал кого-то конкретного.

Отчаявшегося, потерянного, одинокого, никому не нужного. Того, кто не сможет заинтересовать других посетителей заведения, с гордостью носивших свои браслеты на левой руке.

Йен не стремился получить удовольствие от необходимого каждому сабмиссиву процесса, не пытался утолить свой голод за счет более слабого, он просто хотел ПОМОЧЬ.

– Двести шестой, – протягивая небольшой ключ худощавому белобрысому пареньку, кутавшемуся в болтающийся на плечах свитер, подпирая противоположную от входа в зал стену, едва ли стояв на ногах, проговорил Йен с вежливой улыбкой на губах.