Читаем i a8cef9d14c20f8d3 полностью

  Он мог бы этого и не говорить. Все и так заметили, что гладь воды зарябила под легкими порывами ветра. Вдобавок сердито зашумел лес.

  - Поднять парус, - обратился Михаил к свободным от гребли членам команды. Приказ был незамедлительно выполнен. Скорость лодки возросла, и она, вспенивая воду, помчалась вверх по реке. Хотя "помчалась" здесь - сильно сказано, так, девять-десять километров в час...

  - Как быть с обедом? - рискнула спросить Баата у по-груженного в думы командира.

  Очнувшись, Михаил взглянул на небо, затем, более внимательно, назад... Через минуту он удовлетворенно кивнул: дыма от пожарища видно не было.

  - Надо найти бухту, где можно пристать.

  На лицах солдат появились улыбки. Бегство-то бегством, а о желудке тоже нельзя было забывать! Тем более что половина команды нуждалась в медицинской помощи. Линээ по мере возможности пыталась ее оказывать, но в тесной лодочке проделывать подобное было не очень-то удобно.

  - Вон, смотрите! - крикнул один из эльфов, махнув рукой на берег. Там полумесяцем в берег врезалась заводь, поросшая осокой. Разлапистые кусты, нависающие над рекой, могли обеспечить кораблю неплохое укрытие от предполагаемых яроттских наблюдателей.

  - Поворачиваем.

  Через несколько секунд беглецы уже находились на суше.

  - Лоуолис, Пуу, Беета, нарубите веток и замаскируй лодку.

  - Но ее и так почти не видно, - подала голос Г1уу.

  - Сделайте ее невидимой! - Михаил смерил женщину спокойным взглядом.

  - Понято! - Две ваарки и эльф с оружием в руках набросились на кусты что росли поблизости от них.

  - Зроо, ты знаешь, что от тебя требуется?

  - Еда и питье. Но мне должен кто-нибудь помочь... Голос Зроо дрогнул.

  - Я могу, - вызвался один из алькарцев.

  - Ты останься. Пойдет Чиига. - Подождав, пока охотники скроются в лесу, Михаил продолжил: - Новичков попрошу ко мне, остальные пока могут привести себя в порядок.

  Четверо спасенных расселись вокруг новообретенного командира. На лицах эльфов блуждали улыбки, и даже годок выделывал клювом какие-то радостные гримасы.

  - Будем знакомы - Мик, ктан группы бежавших из плена солдат.

  - Лис, Олькир, Халь, - представились алькарцы.

  - Улейг, - пробасил годок.

  - Откуда вы?

  - Из пятого отряда, приписанного к гарнизону Предиса. Наша тридцатка производила вылазку вниз по Риг- ро - с целью узнать, какие гадости затевают там яроттцы... Нас накрыли твари. В живых остались только мы. - Эльф потупился и хмуро продолжил: - Нас погрузили на корабль, намереваясь доставить к Арку. Но в Энгелье...

  - Энгелье? - переспросил Михаил.

  - Это тот речной пост, что мы сожгли, - пояснил алькарец. - Ну так вот, там яроттцев настиг приказ об уничтожении пленников. Вы бы видели, как ктан черно-красных носился с этой бумажкой! Радости было - немерено... Конечно, такое развлечение им...

  - Да уж, - кивнул Михаил. - Теперь... Что вы можете сказать о реке? Какие посты там, какие города?

  - К сожалению... - Один из эльфов, а именно Олькир, развел руками. - О постах мы ничего не знаем. До Энгелье яроттцы безвылазно везли нас в трюме. Ну а городов, насколько мне известно, около реки нет. Наиболее близко расположен к Риг-ро город Предис, да и то между ними наберется пара-тройка тысяч шагов...

  - Почему? - спросил Михаил, удивленно взглянув на собеседника.

  - Ну, люди и алькарцы - не дураки, - пожал плечами Олькир. - В Риг-ро полно тварей, которые просто жаждут полакомиться свежим мясом. Поверь мне: река опасна!

  Словно в подтверждение этих слов от реки донесся дикий крик...

  - Берегись! - завопил женский голос.

  - Назад...

  - Вот она!

  Добежав до реки, Михаил успел заметить, как под водой скрывается нечто темное, держащее в своих объятиях человеческую фигуру.

  - Куда?! - Дзейра совсем немного не достала до рукава ктана, который прыгнул в воду... Раздался еще один тяжелый всплеск - это откуда-то сверху рухнул Трейч, секунду назад находившийся метрах в десяти от берега.

  - Стой же! - Линээ одним ударом сбила лепурку с ног. Прижала ее к земле...

  ...А Михаил тонул. Удар подводного хищника выбил из его легких практически весь воздух. "Ну и тварь!" - успел подумать он. Сознание затрепетало, как огонек свечи на ветру...

  Зверюга действительно была жуткой. Более всего она походила на трехметрового головастика: круглый шар не то тела, не то головы с усеянной зубами пастью и одинокое, но чрезвычайно сильное щупальце. Именно этим щупальцем тварь в данный момент и подтягивала свою жертву ко рту. Однако в ее планы грубо вмешался Трейч со своими когтями. Увидев такое дело, Михаил рванулся вверх. Перед глазами его серым цветком распустился туман. "Не вижу!" - Ктан сжал рукоятку кинжала... "Бей -же" _ мысленно завопил Трейч, почувствовав, что тварь сейчас вырвется, без боя она сдаваться не собиралась.

  Выпустив женщину из своих объятий, хищник обвил щупальце вокруг тела противника. "Вот и все..." - Трейч слабо дернулся. В это мгновение Михаил добрался-таки до сражающейся пары и практически вслепую ударил кинжалом. Левую руку обожгла резкая боль...

  Придя в себя, годок осознал, что его ничто не сдерживает, и сразу же устремился вслед за погружающимся телом командира...

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сила
Сила

Что бы произошло с миром, если бы женщины вдруг стали физически сильнее мужчин? Теперь мужчины являются слабым полом. И все меняется: представления о гендере, силе, слабости, правах, обязанностях и приличиях, структура власти и геополитические расклады. Эти перемены вместе со всем миром проживают проповедница новой религии, дочь лондонского бандита, нигерийский стрингер и американская чиновница с политическими амбициями – смену парадигмы они испытали на себе первыми. "Сила" Наоми Алдерман – "Рассказ Служанки" для новой эпохи, это остроумная и трезвая до жестокости история о том, как именно изменится мир, если гендерный баланс сил попросту перевернется с ног на голову. Грядут ли принципиальные перемены? Станет ли мир лучше? Это роман о природе власти и о том, что она делает с людьми, о природе насилия. Возможно ли изменить мир так, чтобы из него ушло насилие как таковое, или оно – составляющая природы homo sapiens? Роман получил премию Baileys Women's Prize (премия присуждается авторам-женщинам).

Алексей Тверяк , Иван Алексеевич Бунин , Дженнифер Ли Арментроут , Григорий Сахаров

Прочее / Фантастика / Прочая старинная литература / Религия / Древние книги
Крылатые слова
Крылатые слова

Аннотация 1909 года — Санкт-Петербург, 1909 год. Типо-литография Книгоиздательского Т-ва "Просвещение"."Крылатые слова" выдающегося русского этнографа и писателя Сергея Васильевича Максимова (1831–1901) — удивительный труд, соединяющий лучшие начала отечественной культуры и литературы. Читатель найдет в книге более ста ярко написанных очерков, рассказывающих об истории происхождения общеупотребительных в нашей речи образных выражений, среди которых такие, как "точить лясы", "семь пятниц", "подкузьмить и объегорить", «печки-лавочки», "дым коромыслом"… Эта редкая книга окажется полезной не только словесникам, студентам, ученикам. Ее с увлечением будет читать любой говорящий на русском языке человек.Аннотация 1996 года — Русский купец, Братья славяне, 1996 г.Эта книга была и остается первым и наиболее интересным фразеологическим словарем. Только такой непревзойденный знаток народного быта, как этнограф и писатель Сергей Васильевия Максимов, мог создать сей неподражаемый труд, высоко оцененный его современниками (впервые книга "Крылатые слова" вышла в конце XIX в.) и теми немногими, которым посчастливилось видеть редчайшие переиздания советского времени. Мы с особым удовольствием исправляем эту ошибку и предоставляем читателю возможность познакомиться с оригинальным творением одного из самых замечательных писателей и ученых земли русской.Аннотация 2009 года — Азбука-классика, Авалонъ, 2009 г.Крылатые слова С.В.Максимова — редкая книга, которую берут в руки не на время, которая должна быть в библиотеке каждого, кому хоть сколько интересен родной язык, а любители русской словесности ставят ее на полку рядом с "Толковым словарем" В.И.Даля. Известный этнограф и знаток русского фольклора, историк и писатель, Максимов не просто объясняет, он переживает за каждое русское слово и образное выражение, считая нужным все, что есть в языке, включая пустобайки и нелепицы. Он вплетает в свой рассказ народные притчи, поверья, байки и сказки — собранные им лично вблизи и вдали, вплоть до у черта на куличках, в тех местах и краях, где бьют баклуши и гнут дуги, где попадают в просак, где куры не поют, где бьют в доску, вспоминая Москву…

Сергей Васильевич Максимов

Публицистика / Культурология / Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги