Читаем i 77717a20ea2cf885 полностью

  - Нет, не могу. Сказала же - силу потеряет. Ты заработала - тебе и использовать, и до этой поры лучше не выпускать.

  И говорит, на сей раз серьезно, безо всяких там насмешечек или подкалываний. Помогает мне подняться, придерживая за локти и стараясь даже случайно не задеть мой игровой приз. И смотрит с уважением и даже вроде бы с оттенком зависти.

  - Ты хоть знаешь, что это такое?

  -Э-э... рубин? - Вроде, выпадали подобные из моих компьютерных монстрюков. Только после них не нужно было отмываться неделю, не меньше.

  - Совершенный Рубин, - уточняет Гала. - Королевский, как его здесь называют. Обычных, мелких, полно, а такие вот - громадная редкость. Обеспечивают мощнейшую регенерацию. Мёртвого из могилы подымет. Это то, что нам нужно.

  - А раптору что ж не помог?

  - Резонно. - Мы с Галой одновременно переводим взгляд на железный прут, сам на себя не похожий, в кавернах, раковинах. Всё-таки тварь была ядовитой, я поспешно проверяю руки, но, как ни странно, ни ожогов, ни язв не замечаю, даже зуд начавшийся было при соприкосновении со слюнявой пастью, прекратился. Неужели камень уже действует? - Пока он у твари под языком растёт - он пассивен. Спит. А ты его сорвала и тем самым активировала, да ещё на себя настроила. Теперь сама решай, что с ним делать.

  - Так ты же сказала...

  - Про девочку? Так больно ты тормозила в тот момент, пришлось растормошить. Подумай хорошенько. Есть смысл его с собой в квест забрать. Держи его при себе, лучше всего - в кармане или на поясе, и будешь неубиваема. Почти. Во всяком случае, пока камень не истощится. Считай, он тебе фору даёт, чтобы смогла за это время или сама себе помочь, или со стороны помощи дождаться. Поняла?

  Я ещё раз смотрю на камень. В самой сердцевине пульсирует живой тёплый огонёк.

  - А девочка? - спрашиваю.

  Гала пожимает плечами.

  - Найдутся и на неё лекари. Пластики, правда, не обещаю, да и те паладины, что сейчас не заняты - средней руки целители, остальные в квестах. Плохо то, что она в коме, и я её оттуда вытащить не могу. Словно не хочет возвращаться. Так что, говорю тебе, как на духу: те, что уровнем послабже меня, не помогут, того, кто сильнее, она может и не дождаться. Но, опять-таки, кто она тебе?

  - Родственница, - говорю угрюмо. - Приёмная. Не путайся она у раптора под ногами - он на меня выскочил бы. - Запихиваю рубин в карман и оттираю ладони об рубаху, всё равно испорчена.

  - Так-то так, - Гала смотрит оценивающе. - Ежели действительно хочешь помочь, сейчас самое время. Но только ты пока в магическом плане никто, не знаю сдюжишь ли энергопоток, его ж через себя пропускать придётся... Не ори, если что.

  - Больно?

  - Да уж, ощущения не из приятных. Но рожать, говорят, больнее. Так что, идём?

  ...Через смотровую Гала проводит меня в небольшую палату. Хрупкая девушка лежит на узенькой кушетке, нагишом, как в наших реанимациях, прикрытая до пояса простынёй. Трубок только не хватает и пищащих приборчиков.

  - Действуй, - подталкивает меня хозяйка. - Раз сегодня твой день...Не бойся, я ж рядом: и подскажу, и подправлю. Последний лоск только наведи, да не отмывай, вода часть энергетики смоет. На вот.

  Протягивает мне полотенце. Пока я оттираю камень начисто, ставит рядом с изголовьем кушетки лёгкий треножник, сверху пристраивает неглубокую фарфоровую ёмкость - очевидно, служащую для растирки препаратов, поскольку предварительно изымает из неё пестик. Выразительно постукивает пальцем по краю. Догадавшись, я укладываю в чашу Королевский рубин

  - Ладненько, - ободряет Гала. - Руку держи над камнем... которая у тебя рабочая? Это важно. Другую над девочкой. Жди. Камень сейчас через тебя настроится, диагностирует и всё выдаст.

  Девочка удивительно тонка в кости и изящна, как статуэтка. Может, когда-то она и была загорелой, но сейчас бледно-синюшного оттенка, даже частые веснушки на носу и щеках вылиняли. Но на лицо я смотрю недолго. Одного взгляда на то, что осталось от груди, помогает увериться, что всё я решила правильно. Мне этот камушек даром достался, а, стало быть, и жалеть не о чем.

  - Будет неприятно, - участливо говорит ведунья, словно забыв, что уже предупреждала. - Потерпи.

  Камень под левой ладонью разогревается. Я чувствую жар, как от небольшого костерка, и слишком поздно понимаю ведуньину заботу. Неприятно? Это больно, больно! и только моя природная особенность - немного тормозить при болевом шоке - позволяет не заорать сразу в полный голос. Рука пульсирует, словно превращается в сплошной нарыв. Внешне ничего не происходит, но невидимый горячий трос протискивается вдоль костей, ключиц, буравом ввинчивается в правое предплечье и, наконец, через кончики пальцев вырывается наружу, поделившись на алые лучи.

  Ой, нет, лучше бы родить...

  - Терпи, - слышу резкий оклик Галы. Стискиваю зубы.