<p>Глава 1</p>

— …значит, связующее заклинание уже действует? — спросил с надеждой полупарализованный бывший маг, сидящий в инвалидном кресле и крепко прижимающий к себе раненую девушку.

— Да, действует. Теперь я не смогу убить тебя, — без эмоций ответил ему высокий человек в старом потрёпанном плаще поверх мятого тёмного костюма. Пистолет-пулемёт он держал в руках, но ствол был направлен в землю. А затем он добавил так же равнодушно: — Своими руками…

От дальней стены протрещала короткая автоматная очередь, эхо выстрелов пошло гулять по внутреннему двору заброшенной фабрики. Маг, уже потерявший все свои способности и даже возможность ходить, отказавшийся от борьбы и от всех своих амбиций, рухнул из инвалидной коляски на грязный бетон. Но даже получив полдюжины пуль в грудь, он ещё оставался в живых. К своему собственному отчаянию.

— До… добей… меня…

— Извини, я не могу. Наш контракт не позволяет, — равнодушно ответил человек, ставший причиной всех его бед.

Последнее, что маг запомнил, это взмах невероятно красивого сияющего золотом меча, словно явившегося из какой-то рыцарской легенды.

***

Кайнетт Арчибальд, лорд Эль-Меллой, маг в девятом поколении и самый молодой преподаватель академии Часовой Башни резко открыл глаза и вскочил с постели, отбросив мешающее тонкое одеяло. Ошарашенно огляделся по сторонам, изучая в тусклом вечернем свете бедно выглядящее помещение, заставленное кроватями и пропахшее лекарствами, хлором и, кажется, клопами. Больница, безо всякого сомнения, причём не магическая, а обычная. К тому же очень бедная, судя по светло-серым застиранным занавескам, давно не мытым окнам и грязным следам на полу. Ничего удивительного тут не было — Кайнетт и раньше считал эту страну жуткой глушью, но вот надписи вокруг исключительно на правильном английском языке заставили усомниться, что он до сих пор в Японии.

С другой стороны, времени могло пройти немало. Раз уж он каким-то чудом выжил после того предательства лишенной даже намёка на честь трусливой крысы, имеющей наглость называть себя магом, то очевидно, что кто-то из семьи Арчибальд вернул его в Англию. Вот только почему его отправили на лечение в подобную богадельню? Война, конечно, немного истощила их фамильные счета, но не настолько же, чтобы запихнуть главу семьи в бесплатную лечебницу для бродяг и даже никого не приставить в качестве охраны.

«Если я сумел выжить, может быть, и Сола тоже…» — пришла отчаянная мысль, Кайнетт ещё раз безнадёжно огляделся по сторонам. Разумеется, вокруг были лишь грязные пустые койки и облезлые стены, он с самого начала стоял здесь один. Откуда-то издалека доносились раздраженные голоса, приглушенный шум, но в самом лазарете разве что часы громко тикали на стене.

— «Стоял»? Как я вообще могу?.. — последнее было настолько невероятным, что он произнёс это вслух. Резко перевёл взгляд вниз, на голые ноги, уверенно стоящие на истёртом и заляпанном какой-то дрянью полу, который не мыли как минимум пару лет — отвратительно, но о брезгливости на время стоило забыть. Во-первых, лорд Эль-Меллой точно знал, что после ранения, уничтожившего все магические цепи в его теле вместе с половиной нервов, ходить он никогда больше не сможет. А во-вторых, это были не его ноги. Да и руки, если так присмотреться, тоже не его — слишком маленькие, слишком худые, слишком грязные, к тому же пальцы на правой без малейших следов недавних переломов. Из одежды имелись лишь трусы да майка — застиранные, с плохо сведёнными пятнами и следами починки. Сказать по правде, ещё месяц назад Кайнетт бы ударил слугу, попытайся тот при нём вымыть пол чем-то подобным вместо тряпки.

Уже предполагая, что сейчас увидит, маг неуверенно прошёл к тусклому отколотому у края зеркалу и взглянул на своё отражение. На него посмотрел мальчишка лет десяти — светлые давно немытые волосы, серые глаза, один из которых полуприкрыт из-за внушительного синяка. Дополняют картину свежие царапины, разбитые губы, кривоватый нос, словно пару лет назад сломанный и не особенно ровно сросшийся. Маг резко втянул воздух, убедившись, что проходит тот с трудом, и заодно ещё раз как следует ощутив ароматы помойки и дешевой химии. А ещё эта внешность была Кайнетту совершенно незнакома — он не знал этого ребёнка, и абсолютно точно в отражении не он сам в детском возрасте, даже с поправкой на всю грязь и явное недоедание. Маг поднял ладонь, пальцем начертил в воздухе руну «Перт», и затем «Эваз» — сопляк в отражении повторил все его действия.