Читаем Гвардейцы в воздухе полностью

Благодаря такой налаженной радиосвязи между самолетами и землей бой принял целеустремленный характер.

Вечером летчики с интересом знакомились на земле с одним из сбитых в бою Ме-109Г-2.

Внимательно присматривались они к его вооружению - пяти огневым точкам: двум синхронным пулеметам, одной моторной и двум подкрыльным пушкам, к уязвимым местам "мессершмитта". А таких мест у него было много: мотор и агрегаты, маслобак и маслорадиатор. Под крыльями, ближе к задней кромке, симметрично располагались два незащищенных водяных радиатора, а сзади, снизу кабины летчика, - мягкий протектированный бензобак, не заполненный инертным газом. Летчик наиболее уязвим с боков, под углом более десяти градусов к линии полета. Именно с такого направления был сбит этот самолет.

...Часто приходилось менять аэродромы, работать с "подскока". Так назывались взлетные площадки, которые находились на некотором удалении от основных аэродромов - ближе к фронту.

С каких только аэродромов не приходилось подниматься во время войны! Часто полку трехэскадрильного состава надо было базироваться и вести интенсивную боевую работу с небольшого клочка земли.

Наш полк перебазировался на аэродром Подвысокое, ближе к району боевых действий, чтобы наземные войска постоянно чувствовали поддержку крылатых соседей.

Войска фронта перешли в наступление. Нужно было видеть, как радовались летчики, перечеркивая на своих картах уже устаревшую ломаную линию разграничения наших войск с противником. Как ликовали они, когда на КП их предупредили: "Эти пункты не штурмовать, здесь уже наши". "Следите внимательно за сигналами с земли: пехота двинулась вперед".

5 августа 1943 года в столице нашей Родины прогремел первый артиллерийский салют в честь воинов, освободивших Белгород и Орел.

В этот же день в полк прилетел командир корпуса генерал Аладинский, чтобы вручить отличившимся воинам полка ордена и медали.

...На правом фланге строя чуть колышется алое полотнище, овеянное славой Гвардейское знамя.

Первым получает орден Отечественной войны I степени заместитель командира полка по политчасти. Летчикам И. Шардакову, А. Мастеркову и В. Попкову вручают по два ордена. Награждаются И. Лавейкин, Н. Дмитриев, А. Беляков, И. Лавренко, Н. Григорьев, П. Горбатов, В. Комаров и другие.

Всего тридцать пять человек получили правительственные награды в этот день. Генерал по-отцовски обнимал награжденных, желал каждому из них новых успехов в боевой работе.

"Служу Советскому Союзу!" - слышалось в ответ.

"Мессершмитт-109".

В один из июльских дней из штаба дивизии пришел приказ доставить в полк из-под Чугуева "Мессершмитт-109". Командир полка поинтересовался:

- Раз есть исправный самолет, может быть, его перегнать лётом?

- Нет. У него бензобаки пусты, - ответили из дивизии.

А оказался этот самолет на нашей территории при следующих обстоятельствах.

Ранним утром с аэродрома Сокольники, что на окраине Харькова, стартовали два "мессершмитта". Вражеские летчики производили полет "на охоту" в районе Купянск - Валуйки. Ведущий - опытный офицер, ведомым молоденький сержант.

Всего четверть часа погонялись они за автомашинами на фронтовых дорогах. Южнее Белого Колодезя их обстреляли наши зенитки. Осколки снаряда пробили у ведущего самолета бензиновый бак и вывели из строя бортовую радиостанцию. Фашист был ранен. Кое-как развернулся и поспешил по наикратчайшему маршруту к линии фронта. Ведомый неотступно следовал за своим ведущим, не понимая, почему они прекратили задание. Он несколько раз пытался связаться по радио, но безрезультатно. Как ни "тянул" фашистский летчик, перелететь линию фронта ему не удалось.

Недалеко от Чугуева самолет ведущего резко уменьшил скорость и стал планировать на ровную площадку, протянувшуюся вдоль большого оврага. Его ведомый не ожидал такого оборота. Ввел машину в левый вираж.

Дальнейшие события развернулись очень быстро. Ведущий выпустил шасси и щитки. При посадке оторвал здоровенного "козла".

"Мессершмитт" бежал вначале по прямой, потом, вдруг резко изменив направление, помчался прямо в овраг. В следующее мгновение встал на нос и перевернулся на спину.

Немецкий летчик снизился, внимательно рассматривая перевернувшийся самолет, - надеялся увидеть невредимого своего ведущего. Но офицер не показывался. И тут почувствовал, как два раза подряд толчками, будто споткнувшись о невидимую преграду, обрезал мотор его самолета. Похоже было, что не хватило горючего. Сержант попытался дать полный газ, чтобы быстрей отойти от земли, набрать высоту. Мотор несколько раз чихнул, захлебнулся и... остановился. Ничего не оставалось, как посадить машину с выпущенными шасси прямо перед собой. Отстегнув ремни и сбросив парашют, сержант стремглав побежал к оврагу, скрылся в нем.

В это время мимо проезжал на телеге пожилой бригадир с двумя колхозницами, Погоняемая возницей лошадь пылила трусцой. Вдруг они увидели стоящий одиноко в поле одномоторный самолет. Чужой - с крестами на крыльях и фюзеляже и свастикой на хвосте. А летчика нет.

Прошло минут десять-пятнадцать. Колхозники не знали, что предпринять.