Читаем Гвардейцы в воздухе полностью

Резко затормозила после крутого виража санитарная машина. Командир полка рывком открыл дверцу машины, за ним вышли начальник штаба Николай Калашников и полковой врач Иван Овсянкин. Кильдюшев вылез из кабины, отстегнул парашют, снял шлем и подставил лоб ласковому весеннему ветру. Комбинезон, шлемофон и парашют летчика пропитались черным отработанным маслом.

Зайцев с тревогой всматривался в лицо Ивана.

- Не ранен ли?

Вытирая рукавом комбинезона потное лицо, возбужденный Кильдюшев расплылся в белозубой улыбке.

- Нет, а что?

- Посмотри на козырек фонаря!

В левой половине козырька зияло круглое отверстие. Снаряд фашиста прошел над левым плечом на уровне головы нашего летчика и, пробуравив обшивку фюзеляжа, вышел наружу. Другой снаряд разворотил головку одного из цилиндров мотора. Поршень вместе с разорванной частью шатуна заклинило в верхнем положении. Остаток шатуна при работе мотора бесперебойно молотил по рубашке цилиндра.

Ла-5 имел мотор с двумя рядами цилиндров. Будь на этом месте однорядный мотор или водяного охлаждения - подумать о посадке пришлось бы раньше. Мотор, став щитом, спас жизнь человеку.

Кильдюшев обошел израненную машину. Раз. Второй. Все нежно гладил ладонью капоты мотора, обшивку фюзеляжа и крыльев. С ласковой усмешкой наблюдал за ним Зайцев.

Командир полка.

Герой Советского Союза гвардии майор Зайцев Василий Александрович родился в 1911 году в деревне Семибратцево Коломенского района Московской области. Подростком окончил ФЗУ, пог ступил на Коломенский завод имени Куйбышева. Здесь передового рабочего, крепкого, большелобого паренька с ясными голубыми глазами, приняли в комсомол. С завода по специальному набору он пошел учиться в Луганскую военную школу летчиков.

В 4 часа утра 22 июня 1941 года немецкие самолеты внезапно обрушились на станцию Кайдан. Тяжелые бомбы упали на железнодорожные пути, длинное пламя окутало составы. Взлетел на воздух вокзал, занялись огнем дома станционного поселка. Женщины с обезумевшими лицами тащили узлы. Надрывно плакали дети.

Так началась для Василия Отечественная война. В многочисленных воздушных боях с фашистскими захватчиками он приобрел большой опыт, стал расчетливым, изобретательным.

В прошлом летчик-инструктор авиационного истребительного училища, Зайцев обладал прекрасной методической подготовкой. Его очень уважали в полку за справедливость и прямоту, за храбрость и отвагу. Ему удалось добиться образцового порядка, не злоупотребляя дисциплинарными взысканиями.

Будучи еще заместителем командира полка, он неизменно сам вводил в бой всех прибывших на пополнение молодых летчиков. Делал это искусно, с большим тактом, щадя самолюбие новичков. Те старались не пропускать ни одного его движения, стремились во всем подражать ему.

У Зайцева было чему поучиться. Чтобы по-настоящему оценить его боевое мастерство, надо было хотя бы один боевой вылет сделать с ним вместе. Недаром гвардейцы полка, даже из самых опытных, обращались к нему с просьбой полетать с ним.

...Однажды наши летчики сбили немецкого аса - подполковника. На допросе он заявил, что на этот участок фронта из берлинской школы высшего пилотажа и воздушного боя прибыла специально подготовленная группа летчиков, имеющих большой опыт ведения воздушных боев в небе Франции, Бельгии и Норвегии.

Фашистские асы вели себя в воздухе самоуверенно, действовали нагло.

Зайцеву захотелось встретиться с ними, помериться силами, доказать, что "русские прусских всегда бивали".

Вечером Зайцев и комиссар полка провели с коммунистами совещание о предстоящем боевом вылете. С командиром пошли лучшие, наиболее опытные летчики. Среди них пять Героев Советского Союза: Василий Ефремов, Григорий Онуфриенко, Александр Кондратюк, Павел Песков. Ведущим группы был сам Василий Зайцев.

На другой день, едва только занялся рассвет, гвардейцы прибыли на аэродром и разошлись по машинам.

Усаживаясь в самолет, Зайцев с улыбкой оглядел своих орлов.

- Посмотрим, что запоют берлинские асы!

Он первым запустил мотор, проверил его работу на максимальных оборотах, затем дал команду убрать колодки.

Поднялись в воздух. Подошли к линии фронта. Разделившись на две четверки, они вышли к окраинам русского города. Внизу лежали дымящиеся развалины, на спокойной поверхности Волги то и дело вставали пенистые султаны: немцы обстреливали переправы. И вот, словно по уговору, в небе появилась шестерка "мессершмиттов". - В атаку! За мной! - скомандовал Зайцев.

И четверка самолетов, шедшая за ним в первом эшелоне, бросилась на немцев. Те резко пошли вверх, чтобы занять выгодную для себя позицию.

Но не тут-то было! Зайцев и Ефремов нагнали их с такой быстротой, какой никак не ожидали надменные асы. Два "мессера" тут же попали под огонь пулеметов и пушек наших летчиков. Вражеские самолеты упали, объятые пламенем.