Читаем ГУЛАГ без ретуши полностью

Националистами велась пропаганда, нацеленная на предоставление республикам права свободного выхода из Союза, что неизбежно приводило, как мы теперь убедились, к распаду государства. Создавались условия для беспрепятственного проникновения зарубежных бандформирований в страну. В СССР перебрасывались оружие, диверсанты, эмиссары иностранных разведок и т. д. Распространялись инструкции по организации вредительства, диверсий, террористических актов. Отмечались случаи перехода на нелегальное положение граждан зарубежных государств, работавших по контрактам в Советском Союзе.

Но особую, долговременную опасность представляло то, что на руководящую работу в органы ОГПУ внедрялись активные участники контрреволюционных организаций и групп, а также лица с уголовным прошлым. Более того, шпионы иностранных государств и контрреволюционеры внедрялись в правоохранительные органы, оборонную промышленность, армию, в обслуживающий персонал лиц, занимавших высокое должностное положение.

В конце 30-х годов в стране принимались меры по очистке органов НКВД от лиц с сомнительной биографией. На этот счёт можно привести немало примеров. Но обратимся к одному из разряда сенсационных. 25 октября 1938 года Военная Коллегия Верховного Суда СССР приговорила к расстрелу с конфискацией имущества Заковского-Задова Льва Николаевича, служившего оперативным уполномоченным иностранного отдела Одесского областного УНКВД, обвинённого по ряду статей УК УССР. До революции, в 1915 году, он уже привлекался к заключению в виде 8 лет лишения свободы за принадлежность анархистам и разбойные нападения. Февральская революция 1917 года распахнула ему тюремные двери на свободу. Сведения о том, чем он занимался до осени 1918 года, когда вступил в банду Махно, отсутствуют. У батьки же он быстро пошёл в гору и занял пост начальника контрразведки. В августе 1921 года с остатком банды из 27 человек ушёл в Румынию. Впоследствии вместе с братом решил возвратиться в СССР, используя для этого включение во вновь сформированную банду. После перехода границы явились с повинной. Последовали арест и следствие. Тут он покаялся в своих грехах перед советской властью, совершённых будучи помощником командира полка, членом «армии Махно», начальником контрразведки корпуса, членом махновской «следственной» комиссии. По окончании следствия был освобождён и …действительно стал работать в ГПУ-НКВД. Вот здесь возникает много вопросов. Почему ранее не понёс ответственности за кровь, пролитую в период служения у Махно? Может, он до вступления в банду или впоследствии был завербован ОГПУ? Какую особую ценность он представлял для органов? Кто непосредственно санкционировал его поступление в органы? Вопросов много, но ответы можно только предполагать.

Версия о том, что он до своего возвращения из-за границы работал на ОГПУ, крайне сомнительна хотя бы потому, что не было бы необходимости в таком случае содержать его под стражей. Но, судя по всему, ценность для органов он представлял. Во-первых, у него имелись связи с анархистами ещё с дореволюционных лет. Во-вторых, должность начальника контрразведки у Махно несомненно использовалась им для приобретения агентуры, которую он должен был «сдать», чтобы сохранить жизнь себе и брату. В-третьих, для целей ОГПУ требовались его связи, выходящие за границу, и за границей. Впоследствии был обвинён в сотрудничестве с румынской и английской разведками. В 1990 году реабилитирован. Как видим, ещё один авантюрист был причислен к жертвам тоталитарного режима.

Индустриализация, бурное строительство промышленных объектов открыли широкую дорогу для притока иностранных рабочих и специалистов. У разведок капиталистических стран появилась уникальная возможность для сбора стратегической информации и вербовки агентуры из числа советских граждан.

Всё вышеизложенное подтверждает наличие деструктивных процессов в стране, дальнейшее развитие которых в преддверии Второй мировой войны представляло реальную угрозу существованию нашего государства. Без преодоления этих разрушительных процессов было невозможно добиться стабилизации в стране, сплочения народов для достижения поставленной цели — построения справедливого общества. Поэтому требовалось создание системы, не только изолирующей всевозможных врагов нового строя (хотя именно это являлось её главным предназначением), но и позволяющей использовать труд изолированных на различных участках экономического строительства, в том числе в труднодоступных, осваиваемых районах.