Читаем Грызлики полностью

Мораль данной сказки в том, что настоящего мужика видно даже за пеленой его пикантной безграмотности.

Глава 57

У пятилетнего Саши спрашивает воспитательница в Детском саду «Чумовой»:

– Сашенька, как же ты и родители назвали братика?

– Да разве с ними назовешь, – отвечает Саша, прослушав лекцию своего грызлика. – Я хотел назвать его Буратино, а родители назвали Сережей.

Мораль сей страшной были-небыли в том, что не имя красит человека.

Глава 58

Пришёл ребятенок с садика «Чумовой» и громко объявил, что их всех просили принести рисунок любимой игрушки, выполненный собственноручно.

Мамочка решила поинтересоваться, что же дитё нарисует. Результатом стал двадцатиминутный перебор вариантов, как-то: бэтмен, паззл, дедушка, пистолет, компьютер, ну и так далее. Не выдержала мама, отправила ребёнка на поиски решения к папе. Ещё десять минут из соседней комнаты раздавался голос ребёнка, изредка прерываемый папиными вздохами. Потом все затихло.

А ещё через полчаса маме было представлено изображение какой-то невообразимой сине-зеленой мочалки. На вопрос «ЧТО ЭТО?» ребёнок пояснил:

– Мы спорили-спорили с грызликом, а потом я достал с полки медицинский атлас и перерисовал оттуда ваши нервы.

Мораль данной сказки в том, что каждый имеет право видеть только то, чего другие никак не воспринимают.

Глава 59

Детский садик «Чумовой». Родительское собрание, показательный подготовительный урок.

Воспитательница дала детям в группе пятилетних детишек творческое задание:

– Вы сейчас всей будем составлять предложения. Они будут составляться на основании двух выбранных вами путем совещания, мирного голосования, ну или пусть это будут просто два самых употребляемых слова…

Дети удаляются на 15 минут в спальню.

Выбегает радостный мальчик, размахивает листочком и очень бодро, ответственным таким голосом грызлика вещает:

– Тётя Зина, тётя Зина, мы будем составлять предложения со словами «лягушка» и «пОпа»!

После двухминутного гробового молчания один из родителей заявил:

– Да… Наверно живое было обсуждение…

Успокоится от дикого хохота все не могли минут тридцать.

Мораль данной сказки в том, что в спорах рождается истина.

Глава 60

Все началось с того, что некоторое время назад в одной из нарыльских школ был проведен эксперимент по внедрению системы оценок на американский манер. То есть, по баллам – «A», «B», «C», «D», «E», «F», где «А» соответствовал высшему баллу, ну, а «F» – низшему.

И вот в процессе разбора полетов после очередной контрольной, учительница, не выходя из отстраненной задумчивости выдала:

– Если Вы так же будете отвечать на экзамене, то получите по «Е»-баллу.

В образовавшейся тишине раздался только один неуверенный голос, озвучивший опасения одного из грызликов, с задних парт:

– Вы что, нам угрожаете?

Мораль сей сказки в том, что прав был сатирик Задорнов М.С. Какие же всё-таки придурки эти америкосы.

Глава 61

О проведённом нарыльском коротком лете. В тринадцать лет Альбина была на редкость некрасивым ребёнком: очень худой прыщавый червяк с большой головой и кривыми зубами. Её мама её стеснялась и весь пубертатный период старалась держать её подальше от родных и знакомых, на все лето отправляла её в пионерский лагерь «Льдинка». Пионерский лагерь состоял из чумов с детьми, чума администрации и четырёх туалетов. Туалеты состояли из кирпичной будки, ямы, закрывающего эту яму деревянного настила с дырками и дерьма с хлоркой. Дерьмо с хлоркой воняли, поэтому туалеты предусмотрительно строили далеко от жилых чумов и обсаживали их кустами. Девочки долгое время думали, что Альбина мальчик: в общем, с ней не дружили. В ту роковую ночь полуночная диарея стала её единственным товарищем. Диареей заболел весь лагерь: зелёные фрукты, немытые руки повара-нганасанина и всякое несъедобщина, которое жрали пионеры с голодухи делали свое дело. Дырки в туалете были обгажены расстроенными желудками четырёхсот человек, и девочки ходили какать парами: одна какает, другая светит фонарем, чтоб первая не вляпалась в продукты жизнедеятельности предшественниц. Альбине никто не хотел светить фонарем, поэтому в ту ночь она избавлялась естесственным путём от переваренной солянки в гордом одиночестве; в тусклом свете фонаря были видны только очертания, и, сидя над дырой, она смирилась с тем, что уже вляпалась в чье-то скользкое дерьмо.

Неожиданно какая-то тень метнулась прямо на неё, Альбина заорала, резко дернулась неустойчивым туловищем, ноги проехались по чьим-то остаткам от диареи, и Альбина вошла в отверстие туалета как хорошо смазанная гильза.

Летучая мышь загнала её по пояс в кучу дерьма, над головой смутно виднелась дырка туалета, и если кто-нибудь сейчас решиться прийти гадить, то положение её ухудшится. Надо выбираться! Её действиями «пошагово» стал руководить её грызлик-хранитель.