На него напряженно смотрели члены приемной комиссии и высокие гости. Вокруг них вспыхнули щиты защитной магии, и охрана подобралась, готовясь атаковать. Откуда-то со стороны пришел всплеск ненависти, что бессильно растекся по ауре спокойствия, окружавшей юношу.
Хищно улыбнувшись, он протянул руки к шару, не касаясь его. Из его ладоней полился эфир, сжатый так, что стал видимым, и тот поднялся на уровень его глаз, засияв ярким светом сразу всех стихий. По всей площади прошел удивленный гул, раздались крики, но Громов, гордо вскинув голову, смотрел только на высоких гостей, чувствуя их замешательство.
– И я – Высший.