Читаем Грохот ледника полностью

Лена не была уверена, что это ребенок Александра, но он-то был в этом уверен, а это главное. И Александр понял, что настало время действовать. Лена очаровательно улыбнувшись, намекнула, что есть у неё на примете один японец… богатый, между прочим, денег и драгоценностей в номере у него и у его жены предостаточно, и если Саша решится то…, а если нет, то прости-прощай, и ребенка не будет.

Лена опоила доверчивого японца, и они обобрали его. Когда они пришли домой и посчитали куш, их радости не было предела. Саша был счастлив! Вот! Он осыпал свою женщину деньгами! И Лена в награду подарила ему такую ночь любви, что все соседи коммуналки не спали до утра, а бедная тётушка, находившаяся за занавеской, чуть не отправилась к праотцам. А с утра их арестовали.

Лена родила двойняшек уже в тюрьме. Ей было всего семнадцать, она была по -прежнему красива, срок ареста был совсем небольшой – Александр основную вину взял на себя – Елена не унывала.

Выйдя из тюрьмы, и сдав двойняшек тётке Александра, Лена вернулась к прежней профессии. Об Александре она вспомнила лишь единожды, когда в свидетельство о рождении детей надо было указать отчество, имена же мальчишкам подобрала тётка Александра, назвав их в честь своих любимых героев известного фильма Глеба Жиглова и Володи Шарапова. Тётя не раз просила Лену заняться младшим сыном, потому как он был не совсем здоров, и им нужно было заниматься. Но Елена пропускала просьбы мимо ушей.

Довольно скоро у Елены появился богатый любовник, он заставил бросить её свою профессию и снял ей квартиру. Своими детьми Лена по-прежнему не интересовалась, пересылала деньги, и считала это вполне достаточной заботой о сыновьях.

Детям было где-то около двух лет, когда тётушка умерла. И Лене пришлось задуматься о мальчиках. С интересом взглянув на них, она отметила, что они чрезвычайно хорошенькие, старший, вернее рожденный первым – Глеб был здоровым крепким малышом, Володя же был слабым и больным, ему требовалась особая забота и лечение. Этим Елена никак не хотела связывать себе руки. Что же было делать? Александр всё ещё был в тюрьме, своих родителей она давно забыла. И Лена сдала Глеба и Володю в детский дом. «Временно», – как сказала она.