Читаем Гримус полностью

– Николас Деггл был изгнан с острова Каф мной и Гримусом, – начал свой ответ Виргилий Джонс, – потому что в намерения этого человека входило уничтожение источника власти, находящегося в распоряжении Гримуса. В то время я разделял мнение Гримуса о том, что новое знание имеет невероятную ценность и что враждебная ему сила, которую олицетворял Деггл, должна быть нейтрализована. Теперь я так не думаю. Эффект набирает силу… и я не уверен, что Гримус способен контролировать его. Я хочу уничтожить источник Эффекта.

– Значит, вы использовали меня, – проговорил Взлетающий Орел, больше в пику мадам Джокасте.

– Если угодно, на это можно смотреть и так – да, я использовал вас. Бороться с Гримусом я больше не в состоянии. Но вы можете продолжить эту борьбу, так как подтвердили свою способность противостоять силе внутренних измерений. Я уверен, что у вас есть необходимая воля, силы и напор – вы же еще хотите найти свою сестру?

– Она с ним? – спросил Взлетающий Орел.

– Конечно, а где же? – устало удивился Виргилий. – Где еще ей быть?

– Я видел ее, – сказал Взлетающий Орел. – Здесь, в К.

– Ну вот и хорошо, – отозвался Виргилий Джонс, и его глаза на мгновение блеснули, а потом потухли вновь. – Хорошо – вы знаете теперь, что имела в виду бедная Долорес, когда говорила о Духе Каменной Розы.

– Что такое эта каменная роза? – спросил Взлетающий Орел. – И где найти Гримуса? Как я понял, он скрывается где-то на вершине горы?

– Теперь это значения не имеет, – ответил Виргилий Джонс. – И вы и я уже приняли свое решение. Наша общая дорога кончается здесь. Прощайте, мистер Орел.

Ступив в эту комнату, Взлетающий Орел пережил слишком многое, и гнев его был оправдан.

– Я рад, что не кончил так, как вы, – резко объявил он, – здесь, среди шлюх и безумия.

– Вы уверены? – вопросом отозвался Виргилий Джонс.

– Да, уверен, – проорал в ответ Взлетающий Орел. – За себя я ручаюсь, черт возьми. Ручаюсь так, как ни за что другое. Я вам не чета.

Взлетающий Орел покинул Дом без помощи Гила Приапа, представлявшегося ему гротескным кошмарным напоминанием о собственном прошлом… выполнив это в традиционной для К. манере. Он заставил себя не думать о прошлом, забыть о всякой вине и унижениях, отринув уколы совести, которые могли в нем пробудить слова и яростный обвиняющий взгляд мадам Джокасты. Виргилий был прав: решение принято.

Виргилий Джонс ему разонравился – решил он среди прочего.