Читаем Грядущий Аттила полностью

Глава I-1. ОТ ИУДЕЙСКИХ ШАТРОВ ДО СКИФСКИХ КУРГАНОВ 1300-500 до Р.Х

Что мы помним из древнейшей — да, до Греции и Рима — истории? Какие имена, какие названия городов, рек, гор, какие даты побоищ осели — зацепились — застряли, а затем затерялись — в нашей памяти? Занесённые туда школьными учебниками, историческими романами, фильмами, музейными статуями, раскрашенными вазами?

Конечно, Египет. Пирамиды, сфинксы, мумии. Кормилец Нил, царица Нефертити. Ещё, кажется, Шумерское царство, Урарту, Ассирия, Вавилон. И всё время невесть откуда появляются и исчезают грозные кочевники. Хетты, мидяне, арии, кимерийцы, скифы. Племя гиксосов, которое ухитрилось покорить огромный Египет и захватить трон на много лет. Вторжения ливийцев с запада, эфиопов с юга…

Разве можем мы сейчас — три, четыре тысячи лет спустя — надеяться разглядеть, что там происходило, в этих царствах и племенах, с этими людьми, боготворившими солнце, камень, огонь, луну или каких-то выдуманных чудищ (Молох? Ваал?), которым надо было приносить в жертву вполне реальных — живых — женщин и детей? Конечно, наши историки и археологи честно и неустанно роют свои шахты в толщу прошлого, выносят для нас всё новые золотинки знаний. Но что можно узнать о кочевниках, не имевших письменности, не высекавших барельефов, не строивших храмов? Только то, что написали — рассказали — о них люди, смотревшие на них со стен своих городов и крепостей, осыпавшие их — штурмующих — стрелами и камнями, поливавшие их кипятком и расплавленной смолой.

Здесь мы ощущаем такой вакуум информации, который может обескуражить даже самого целеустремлённого исследователя. И представляется настоящим чудом, что нашёлся, по крайней мере, один народ, который сумел сохранить в своей памяти — в своём Священном Писании — подробную историю своего превращения из народа-скотовода в народ-земледелец. Возьмём первые десять книг Ветхого завета и перечитаем глазами историка трёхвековую "автобиографию" иудеев, от выхода из Египта (примерно 1290 год до Р.Х.) до первых царей — Саула, Давида, Соломона (10-й век до Р.Х.).

КОЧЕВЬЯ ИУДЕЕВ

Начнём с "Египетского рабства". Была ли, действительно, жизнь израильского племени так невыносимо тяжела под властью фараонов?

С одной стороны, нет сомнения в том, что людям, хранившим память о кочевом приволье, была тягостна ежедневная — монотонная, а порой и надрывная — работа в каменоломнях, на стройках, в мастерских. Упоминаемый в Библии хитроумный способ, которым надсмотрщики подняли для евреев норму на производство кирпичей, вполне сравним с трюками, которые проделывали нормировщики в Советской России. "Не давайте впредь народу [иудейскому] соломы для делания кирпича, как вчера и третьего дня. Пусть они сами ходят и собирают себе солому. А кирпичей наложите на них то же урочное число, какое они делали вчера и третьего дня, и не убавляйте; они праздны, потому и кричат: "пойдём, принесём жертву Богу нашему". Дать им больше работы, чтоб они работали и не занимались пустыми речами" (Исход, 5:7–9).

С другой стороны, нет никаких упоминаний о том, чтобы Египет покорил иудеев и насильно превратил их в пленников-рабов. Они сами пришли в Египет, спасаясь от голода в земле Ханаанской. "И сказал фараон братьям Иосифа: какое ваше занятие? Они сказали фараону: пастухи овец рабы твои, и мы и отцы наши. И сказали они фараону: мы пришли пожить в этой земле, потому что нет пажити для скота рабов твоих; ибо в земле Ханаанской сильный голод… И сказал фараон Иосифу:…земля Египетская пред тобою; на лучшем месте земли посели отца твоего и братьев твоих; пусть живут они в земле Гесем. И если знаешь, что между ними есть способные люди, поставь их смотрителями над моим скотом" (Бытие, 47:4–6).

Но должностей смотрителей над царским скотом не могло хватить на всех пришедших. Они не имели понятия об обработке земли — им пришлось трудиться бок о бок с простыми египтянами, на чёрных работах. Многократно говорится о том, что именно в благоустроенном Египетском царстве иудеи начали успешно плодиться и возрастать числом. Они жили не в каком-то огороженном гетто, а среди прочих жителей, причём порой весьма обеспеченных. "И дам народу сему милость в глазах египтян, — обещает Господь. — И когда пойдёте, то пойдёте не с пустыми руками. Каждая женщина выпросит у соседки своей и у живущей в доме её вещей серебряных и вещей золотых, и одежд; и вы нарядите ими и сыновей ваших и дочерей ваших, и оберёте египтян" (Исход, 3: 21–22). Не за этими ли похищенными вещами погнались египтяне, когда фараон отпустил иудеев в пустыню?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Кафедра и трон. Переписка императора Александра I и профессора Г. Ф. Паррота
Кафедра и трон. Переписка императора Александра I и профессора Г. Ф. Паррота

Профессор физики Дерптского университета Георг Фридрих Паррот (1767–1852) вошел в историю не только как ученый, но и как собеседник и друг императора Александра I. Их переписка – редкий пример доверительной дружбы между самодержавным правителем и его подданным, искренне заинтересованным в прогрессивных изменениях в стране. Александр I в ответ на безграничную преданность доверял Парроту важные государственные тайны – например, делился своим намерением даровать России конституцию или обсуждал участь обвиненного в измене Сперанского. Книга историка А. Андреева впервые вводит в научный оборот сохранившиеся тексты свыше 200 писем, переведенных на русский язык, с подробными комментариями и аннотированными указателями. Публикация писем предваряется большим историческим исследованием, посвященным отношениям Александра I и Паррота, а также полной загадок судьбе их переписки, которая позволяет по-новому взглянуть на историю России начала XIX века. Андрей Андреев – доктор исторических наук, профессор кафедры истории России XIX века – начала XX века исторического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова.

Андрей Юрьевич Андреев

Публицистика / Зарубежная образовательная литература / Образование и наука
Анархия
Анархия

Петр Кропоткин – крупный русский ученый, революционер, один из главных теоретиков анархизма, который представлялся ему философией человеческого общества. Метод познания анархизма был основан на едином для всех законе солидарности, взаимной помощи и поддержки. Именно эти качества ученый считал мощными двигателями прогресса. Он был твердо убежден, что благородных целей можно добиться только благородными средствами. В своих идеологических размышлениях Кропоткин касался таких вечных понятий, как свобода и власть, государство и массы, политические права и обязанности.На все актуальные вопросы, занимающие умы нынешних философов, Кропоткин дал ответы, благодаря которым современный читатель сможет оценить значимость историософских построений автора.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Тейт Джеймс , Петр Алексеевич Кропоткин , Меган ДеВос , Дон Нигро , Пётр Алексеевич Кропоткин

Публицистика / Драматургия / История / Фантастика / Зарубежная драматургия / Учебная и научная литература
Влад Лиsтьев
Влад Лиsтьев

Автор, которого, кстати, сам герой повествования публично называл «некомандным игроком», утверждает: за убийством Влада Листьева стояли Борис Березовский и Аркадий (Бадри) Патаркацишвили. По мнению Евгения Ю. Додолева, об этом знали и соратники убитого, и вдова. Однако, поскольку Александр Любимов и Альбина Назимова продолжали поддерживать отношения с пресловутыми заказчиками расстрела на Новокузнецкой, им не с руки признавать этот факт. Ведущий ежедневной программы «Правда-24» (по определению «Комсомольской правды», ключевого проекта ТВ-канала нового поколения «Москва-24») с некоторыми из своих гостей беседовал и о жертве, и о тех, с кем Влад конфликтовал; фрагменты этих телеразговоров вошли в книгу, жанр которой Михаил Леонтьев определил как «собрание перекрестных допросов».

Евгений Юрьевич Додолев

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное