Читаем Грешница полностью

– Безусловно, важное, – согласилась Ириша. – Вот здесь…

– Пить хочу! – заныла Нюта.

– Придется дать ей сок, – вздохнула подруга. – Иначе не отвяжется.

– Не отвяжусь, – покаянно кивнула Нюта.

Ох эти дети!

Сгорая от любопытства, я галопом помчалась на кухню, где имела блестящую возможность покончить с жизнью: зацепившись за угол стола, едва не травмировала бедренную артерию. Через эту артерию, как известно, все четыре литра крови выливаются за сорок секунд. Удивительно, как удалось избежать трагедии.

Я рванула на себя дверцу холодильника и через пять секунд осчастливила мартышку бокалом сока.

– На, пей! Ну что там в газете? Что ты выяснила насчет моего преследователя? Это точно Гена Северов?

– Он ледяной! – воскликнула Ирина.

– Гена?!

– Сок! Юль, ты что?

Пришлось нестись с бокалом обратно, как участнику олимпийской эстафеты. Я поставила бокал в микроволновку.

– Не вздумай подогревать в микроволновке! – крикнула из прихожей Ирина. – Еще никто не доказал, что это безвредно!

– Хорошо, хорошо!

– Лучше разбавь горячей водой. Но не кипятком!

И почему я люблю эту зануду?

Вода согрелась в чайнике через пару минут. Вскоре Анюта получила свой бокал, а я приготовилась выслушать объяснения Ириши.

– Здесь, в газете…

Но Ира не успела закончить фразу. Ее опять перебило это маленькое вредное существо.

– Я не хотела сока! Я плосила чай, – капризно скорчила мордочку Аня.

– Ты просила сок! – рявкнула я.

– Нет! Нет! Нет!

– Она действительно попросила пить, не детализируя, – вспомнила Ирина. – Юля, умоляю, сделай ей чай.

Что же там написано в газете про Геннадия Северова?

Я опять поплелась на кухню.

– Вот твой чай.

– С сахалом? – подозрительно покосился на чашку ребенок.

– С сахаром.

– А ты холошо лазмешала?

– Отменно! Воображала себя насадкой для коктейлей.

– С лимоном?

– С лимоном! – торжествующе выпалила я.

– А где бутелбод? – подрезала мне крылышки Анюта.

– Какой бутерброд?!

– С колбасой.

– Юлечка, пожалуйста, сделай ей бутерброд. Иначе она по дороге съест меня вместо бутерброда! – жалобно попросила Ирина.

Сейчас я кого-нибудь убью!!!

Так никого и не убив, я вернулась на кухню, грустно констатируя, что в два с половиной года у нашей капельки уже сформировалось неправильное пищевое поведение. Она просит сладкий чай и бутерброд с колбасой. А ребенок, подкованный в вопросах рационального питания, наверняка попросил бы дикий рис и рыбу, приготовленную на пару.

Но в принципе бутерброд организовать гораздо легче, чем паровую рыбу. Посмотрим на ситуацию иначе: детеныш хочет чай и бутерброд, хотя вполне мог потребовать колу и чипсы. Или водку и воблу…

– Вот твой бутерброд. Чего еще?

– А конфета есть?

– Ну конечно! Сейчас принесу. Вот и конфета!

– Юля, хватит бегать туда-сюда! – возмутилась Ириша. – Какая ты неугомонная! Неужели тебе неинтересно? На, читай! Там обведен абзац.

Я вырвала газету из рук подруги. Так, что тут? «…Тесное сотрудничество с этой американской фирмой позволило нам накануне Нового года года открыть представительство в США. Его возглавил бывший арт-директор «Гиганта», а ныне – директор детройтского филиала господин Г.Н. Северов. В мае Геннадий Николаевич пообещал привезти из Америки в родной город уникальную выставку полимерных…» Оба-на! Как изволите понимать? Неужели с конца декабря Геннадий Северов окопался в Штатах? Нелегко же ему вести оттуда мою травлю – между нами все-таки целый океан!

– Северов здесь ни при чем! – перебила мой внутренний монолог Ирина. – Он два месяца тиранил тебя, а затем перебрался в Детройт и оставил в покое. Сейчас у него другие заботы.

И Мила Сенчулина тоже клялась, что Северов не тянет на роль кровопийцы. Получается, действительно не тянет. Так, разве что на роль директора детройтского филиала.

Я взяла телефон и быстро, не давая себе опомниться, набрала номер Северова. Трубку долго не брали. Наконец я услышала голос Гены. Голос явно был сонным.

– Кто это?

– Ген, привет. Это Юлия Бронникова.

Сейчас он надолго замолчит, заново переживая негативные моменты, связанные с моей персоной…

– Бронникова, ты сдурела – звонить в такое время! – сразу же ответил Северов. – Ах да! У вас ведь день!

– Ген, а ты где?

– Я – в Лос-Анджелесе.

– Почему не в Детройте?

– В командировке. И вообще-то – сплю.

– Один? – тонко намекнула я Геннадию на его проблемы в интимной сфере.

– Представь себе – нет! – гордо ответил Северов. И в подтверждение в трубке раздалось англоязычное кудахтанье. Девичий голос нежно интересовался, какого дьявола Гена мешает спать.

– Рада за тебя!

– Пошла к черту. А чего звонишь?

– Просто ты исчез. И моя жизнь внезапно утратила остроту, как выдохшаяся горчица.

– Ну, я теперь в Штатах. И надолго. Хочешь – приезжай в гости.

– Ты серьезно?

– А что? Ты ведь не была в Америке?

– Нет.

– Ну вот, я тебя приглашаю. Копи на билет и прилетай.

– Мы с тобой, Гена, вроде бы не самые близкие друзья.