Читаем Грешная вдова полностью

Кто-то на трибуне узнал знаменитостей, и людское море хлынуло к двум ложам. Люди толпились в проходе за ложами, размахивая карандашами и блокнотами и умоляя дать им автограф. Большой Билл Три и Лотос Верн игнорировали их мольбы, но Джуди Старр с какой-то странной энергией подписывала бумагу за бумагой желтыми карандашами, которые совали ей поклонники, склонившись над перилами. Добродушный Джимми Коннор также ставил свою подпись.

— Малышка Джуди взволнованна и несчастна, — вздохнула мисс Пэрис, поправляя соломенную шляпку, которую охотник за автографами сдвинул ей на глаза. — Облизывание карандаша языком — вряд ли признак самообладания. Сидя по соседству с мужем, занятым Лотос, бедняжка едва знает, что делает.

— И я тоже, — проворчал мистер Квин, отталкивая осьминога, оказавшегося восемью руками, протягивающими карточки для записи счета игры.

Большой Билл чихнул, вынул носовой платок и поднес его к красному и опухшему носу.

— Эй, Мак, — с раздражением окликнул он билетера в красной униформе. — Сделай что-нибудь с этой толпой, ладно? — Он снова чихнул. — Черт бы побрал эту сенную лихорадку!

— Примитивен, но, безусловно, привлекателен, — заметила мисс Пэрис.

— Вы бы посмотрели на Большого Билла, когда он играл в финале чемпионата против «Тигров», — усмехнулся сержант Вели. — Тогда он был еще привлекательнее. Не дал им даже открыть счет.

— Вы когда-нибудь слышали историю об этой феноменальной игре, мисс Пэрис? — заговорил инспектор Квин. — Накануне вечером некто Проныра Мак-Кой — бейсболист, связанный с синдикатом, который принимает ставки — явился к Биллу и предложил ему пятьдесят тысяч наличными в обмен на обещание провалить завтрашнюю игру. Билл взял деньги, рассказал обо всем своему менеджеру, пожертвовал взятку фонду для больных бейсболистов и на следующий день разбил «Тигров» наголову!

— Да он к тому же романтик, — пробормотала мисс Пэрис.

— А когда Проныра Мак-Кой в весьма дурном настроении явился к Биллу требовать деньги назад, — усмехнулся инспектор, — Билл спустя;/ его с лестницы.

— Не было ли это рискованным?

— Еще бы, — улыбнулся старик. — Поэтому вы можете видеть вон того громилу с перебитым носом, сидящим прямо за ложей Три. Это мистер Страшила Терк, он недавно прибыл из Сисеро и с этого вечера является тенью Билла. Вы не видите правую руку мистера Терка, потому что она держит пистолет под курткой. Обратите внимание, что мистер Терк ни на секунду не отводит взгляд от субъекта с одутловатыми щеками, сидящего восемью рядами выше, которого зовут Проныра Мак-Кой.

Пола уставилась на него.

— Это уж чересчур!

— Не вполне, — возразил инспектор Квин, — учитывая, что когда Большой Билл спустил мистера Мак-Коя с лестницы, он сломал ему две кистевые кости, что положило конец его карьере бейсболиста.

* * *

Большой Билл Трег поднялся на ноги, шепнул что-то Лотос Верн, которая застенчиво улыбнулась, и вышел из ложи. Его телохранитель Терк сразу же вскочил, но Три покачал головой, отмахнулся от толпы и стал подниматься по бетонным ступенькам к задним рядам трибуны.

Джуди Старр внезапно что-то сказала с горечью и отчаянием женщине, которую ее муж привел на стадион. Ртутные глаза Лотос Верн засверкали, и она ответила оскорбительно беспечным тоном, заставившим супругу Билла Три выпрямиться на своем сиденье. Джимми Коннор начал быстро и громко рассказывать ей об Уолтере Уиачелле и «Семи томах».

Лотос Верн стада короткими и резкими движениями подкрашивать губы оранжевой помадой. Алая лайковая перчатка Джуди Старр судорожно вцепилась в перила.

Вскоре Большой Билл вернулся и занял свое место. Джуди сказала что-то Джимми Коннору, тот скользнул на свободное сиденье справа, а Джуди — на его сиденье, так что между ней и ее мужем теперь были не только перила, но и пустой стул.

Лотос Верн снова обняла Три за плечи.

Жена Три порылась в алой замшевой сумочке и внезапно попросила:

— Джимми, купи мне сосиску.

Коннор попросил у продавца дюжину. Большой Билл нахмурился и тоже потребовал сосиски. Коннор бросил продавцу долларовую банкноту и махнул ему рукой, делая знак уходить.

К двум ложам хлынул новый людской поток, и Три с досадой обернулся.

— Ладно, Мак! — проворчал он билетеру в красной униформе, сражавшемуся с наступающей толпой. — Нам не нужен здесь скандал. Я возьму шесть карточек — только шесть. Передай их мне.

Рывок толпы едва не сбил с ног билетера. Через перила за ложами протянулось множество рук с карточками для записи счета.

— Мистер Три… сказал… шесть! — пропыхтел билетер. Выхватив из чьей-то руки карандаш и карточку, он передал их Три. Поток устремился к соседней ложе. Джуди Старр изобразила профессиональную улыбку и протянула руку за карандашом и карточкой. Несколько игроков на поле, увидев, что происходит, подбежали к перилам и также стали протягивать карточки, поэтому Джуди пришлось положить недоеденную сосиску на пустое сиденье, радом с ней Большой Билл положил сосиску на то же сиденье; рассеянно послюнил карандаш и начал царапать свое имя на бумаге мозолистой ручищей, не привыкшей писать.