Читаем Грех полностью

Однажды проигрался Петр до самых пуговиц на галифе, хоть голым иди. Стал спрашивать, может, где Азиз припрятал что-нибудь? Он был уверен, что где-то в доме и золотишко, и денежки есть. Может, правда, Зайнап и мать не знают, но наверняка этот волчара-уголовник где-то схоронил богатство!

Так думал Петр и стал поискивать, пошаривать в комнатах, пока хозяева куда-то выходили. И однажды нашел-таки коробочку, открыл и обомлел – дивные сережки и перстень были драгоценны без меры, в белом золоте был «утоплен» синий сапфир, а по периметру он был обсыпан бриллиантами. Видел он такие цацки у матери своей, генеральши, у таких же ее подружек и знал им настоящую цену.

Ничего не сказал ни матери, ни Зайнап – украл. Украл, унес, за большие деньги продал, удалось ему с карточным долгом рассчитаться, еще деньги остались за проданные «побрякушки» – так он потом называл эти драгоценности. Зайнап не сразу обнаружила пропажу, а когда не нашла свою коробочку, спросила, не брал ли Петр ее. Он ей сказал, без страха и без вины: взял, посмотрел – стекляшки лежат, зачем ей, будущей жене офицера, такие «побрякушки», он ей настоящее все купит. Зайнап ему не поверила, только долго-долго посмотрела ему в глаза, развернулась круто и вышла из комнаты со словами:

– Уходи. Ты меня постоянно обманываешь, я, конечно, еще молодая, малоопытная, но ты уже совсем заврался, даже мне это ясно. Уходи!

– Да и пойду, какие дела?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее