Читаем Грани полностью

Из 30 человек уцелело не больше 15, Август мигом окинул ситуацию, краем глаза он заметил, неподалеку тело убитого радиста. Это был Родригес, жаль было видеть его таким. Но сейчас им было важно выбраться отсюда. Август ползком двинулся к трупу Родригеса, чтобы забрать его рацию и связаться, со штабом. Пока он лез, над головой свистели пули. Наконец он добрался до рации. Ему понадобилось ещё несколько минут, чтобы разобраться с рацией. – База ответьте, как слышно. – База это группа Бета, мы попали под обстрел, база, приём ответьте! – База, говорит группа Бета, мы попали под обстрел, наш самолёт сбили, нам нужна поддержка, как слышно? Надежда Августа стала угасать, он понимал, что боевики пытаются их окружить, и просто задавить числом. – В трубке послышалось, Бета, говорит База, ответьте, как слышите. – Слышу Вас хорошо База. – Бета, мы знаем о вашей ситуации, продержитесь, там немного сейчас, вышлем Вам подмогу. – Вас понял, отрапортовал Август. Нужно было что-то предпринять. Боевики вели шквальный огонь. Но один сектор они упустили. Август заметил, что в том, секторе справа от подбитого танка, стоит БТР с задним люком. Он не знал, есть ли у боевиков ещё бронебойные снаряды, но им нужно было выиграть время. А расстановка полукругом их техники, давала им преимущество. Он видел отчаяние на лицах его товарищей. Он опять полез к ним по-пластунски. – Есть план, парни, нас этому не учили, знаю, но нам нужно продержаться, до прибытия подкрепления. Вот что мы сделаем, я и ещё двое полезут через задний люк в те три БТРа. Остальные пока по возможности привлеките их внимание. Всем всё понятно? Возражений в ответ не последовало, – Тогда ты и ты за мной, указал Август на двоих парней, возле него. Выполняем парни. Так они и поступили, один из их отряда кинул гранату из-за укрытия. Второй произвёл несколько выстрелов в слепую, не высовываясь. Боевиков это ещё сильнее разозлило. Пошёл прицельный огонь, по подбитому танку, за которым, как считали боевики, укрылись оставшиеся выжившие. А в это время Август и двое парней, уже залезали в БТР. Было очень шумно. Оставшиеся выжившие за подбитым танком уже ничего не различали. Пули свистели только так. Как вдруг они отчетливо услышали, как застрочили наши пулемёты, они поняли, что план Августа сработал. Боевики отступили под шквалом со стороны трёх БТР. Эти три орудия положили уже приличное количество боевиков, как вдруг, пролетел бронебойный снаряд и попал в БТР слева от Августа. Тот БТР загорелся. Август понял, что парень там сгорел заживо. Август от нескрываемой ненависти, к этим нелюдям, стал стрелять туда, откуда пришёл выстрел, он выпустил очень много патронов, прежде чем остановиться. Слева от него пролетел ещё один снаряд и угадил в БТР справа от него. Снаряд попал прямо в боеукладку, взрывом оторвал башню. Август расстрелял то направление, откуда прилетел второй снаряд. Он не хотел сейчас думать о том, что по его инициативе погибли двое ни в чём не винных ребят. Но сейчас надо было думать не об этом. Иначе он последует за ними… Сквозь небольшое отверстие в БТР он видел, как боевики совсем осмелились и стали подступать всё ближе и ближе. Он прошёлся по ним, со своего пулемёта, у него заканчивались боеприпасы. Осталась последняя пулемётная лента. Он перезарядил её и стал стрелять. Стрелять по всем тем боевикам, которых он видел. Он стрелял, как мог, и у него отлично получалось, скашивать их. Но вылетел его последний патрон, разорвав всё что было ниже туловища боевика. Август понял, что это конец, подкрепления, так и не было видно. Как вдруг он услышал вдали, приближающийся рокот лопастей. Вертушки, родные, подумал он. Это подкрепление. Наконец-то. Через своё отверстие он заметил, как приблизившиеся вертушки, стали косить боевиков, как сорняки. Они падали штабелями. Прошло ещё несколько долгих мгновений, как показалось Августу, прежде чем вертушки стали снижаться, Август вылез весь красный и потный из БТР и упал на траву. Ему не хотелось вставать, он был измотан, так, как никогда в жизни. Это было просто немыслимо. Казалось предыдущие моменты его жизни, происходили не с ним. Но это была реальность и только сейчас после накала сражения, он заметил, как по его правой руке, течет горячая кровь. Видимо пока он лез, его ранили, но в пылу сражения, ему было не до этого, и он не предал этому особого значения. Наконец он оглянул поляну, на которой их попытались зажать. На поляне было множество трупов, ребят из его группы, кому-то не хватило везения, кому–то умения быстро реагировать. Из тридцати человек с его отряда, уцелело лишь семеро. У каждого из них были какие-то ранения. Их посадили в вертушку. – Вовремя же вы ребята, произнес уставшим голосом Август. – А мы всегда приходим вовремя,– ответил сухо летчик. Взлетев повыше, Август увидел всю картину сражения. За пределами их полукруга из бронемашин, лежало не меньше пары сотен боевиков. Он увёл глаза поскорее от этой картины, но в мыслях знал, что они ещё вернутся, чтобы с почестями похоронить тех ребят, которые отдали свои жизни на этой высоте. Пока они летели на базу, Август видел не один десяток ущелий, горных селений. Интересно сколько же здесь ещё боевиков подумал Август, скольких им ещё придется вот так перестрелять. Скольких своих ребят им ещё предстоит потерять на этой ни кому не нужной войне или игре с человеческими жизнями, которые ни во что не ставятся. За что же мы воюем тогда, невольно подумал Август. За, что там на высоте остались наши ребята?!