Читаем Граф Сен-Жермен полностью

Современники графа Сен-Жермена отмечают, что как историк он обладал чуть ли не сверхъестественным знанием обо всем, что случилось за последние две тысячи лет, и в своих устных рассказах описывал до мельчайших подробностей события предыдущих веков. На званых обедах в домах аристократов, куда его с удовольствием приглашали, он потчевал присутствующих рассказами о своих невероятных приключениях в далеких странах или об историях из личной, интимной жизни великих людей, французских и иных королей, с которыми, как он заявлял, ему доводилось встречаться и при дворе которых бывал сам. А однажды даже обмолвился, что владел посохом или жезлом, с помощью которого Моисей извлек воду из скалы. При этом ничтоже сумняшеся добавил, что посох ему подарили в Вавилоне. И тут же сыграл коротенькую мелодию на клавикордах. На вопрос, что это за музыка, граф небрежно отвечал, что не знает и что в первый раз он ее слышал при вступлении Александра Македонского в Вавилон.

Авторы мемуаров, рассказывающие обо всем этом, теряются в догадках, каким же свидетельствам графа можно доверять. Поразмыслив, приходили к выводу, что большинство рассказов Сен-Жермена взяты из каких-либо источников, например из мемуаров Брантома, Сен-Симона и других воспоминаний, тогда уже вполне доступных. Но, с другой стороны, сведения, сообщаемые им, были столь точными, а знания столь необыкновенными, превосходными во всех отношениях, что слова его обладали особой силой убеждения. И ему верили.

Если восстановить некоторые из его рассказов, то тем самым можно заполнить, хотя и косвенно, кое-какие прорехи в его собственной лоскутной биографии и в жизни тех, кто с ним был знаком и мог общаться.

Знаток истории, почитавшийся к тому же как маг и чудотворец, Сен-Жермен умел использовать впечатление, которое производил своими рассказами о случаях из жизни давно умерших исторических деятелей, как, впрочем, и о современниках. Одной из тех, кто поддался его чарам, была всесильная фаворитка Людовика XV мадам Помпадур. Ему была хорошо известна ее собственная история возвышения при дворе.

…В Париже в 1730 году мадам Лебон, модная тогда гадалка, вглядывалась в карты, пытаясь увидеть судьбу сидящей перед ней клиентки, затем повернулась к ней и на минуту задумалась.

Клиенткой была мадемуазель Пуассон, красавица и большая кокетка, дочь мясника, жена поставщика продуктов.

Молодая женщина держала за руку очаровательную девочку девяти лет, Жанну-Антуанетту, разодетую, как тогда одевали детей, — иными словами, как взрослая. Именно ее судьбу и пыталась прочитать гадалка.

Мадам Лебон помолчала минуту, а потом изрекла:

— Ваша дочь, мадам, не станет королевой, но станет почти королевой…

Опьяненная счастьем, мадам Пуассон поцеловала ребенка со слезами радости на глазах.

— Маленькая королева! Маленькая королева! Любой француз того времени сразу бы понял, что значит быть «почти королевой». Это означало, что Жанна-Антуанетта когда-нибудь станет любовницей короля! Счастье, о котором мечтали многие матери для своих дочерей…

Многие «осчастливленные» имели мужей, которые в те времена легких нравов мирились с таким положением.

Но Людовик XV, в отличие от своих предшественников, несмотря на свои двадцать лет, обожал только свою жену Марию Лещинскую. Она родила ему пятерых детей, и, казалось, король не собирался устанавливать должность вице-королевы или почти королевы, как это делал Людовик XIV. Все это придет позже…

Но Жанне-Антуанетте было только девять лет, так что до исполнения предсказания мадам Лебон впереди было несколько лет… Месье Пуассон, по его собственным словам, «отец будущей шлюхи короля», в это время скрывался от правосудия в Бельгии, так как во Франции был приговорен к повешению за одно крупное мошенничество. Он оставил мадам Пуассон выпутываться из его дел, предполагая, со смирением и грустью, что такая красотка быстро устроит свою судьбу. И он был прав. Вскоре она сошлась с богатым откупщиком — месье Ленорманом де Турнеэм, который принял ее в свой дом с двумя детьми. Он ни на минуту не сомневался в предсказании мадам Лебон, и маленькая Жанна-Антуанетта воспитывалась, как будущая «почти королева». Месье Желиотт обучал ее игре на клавесине, месье Гебоде — танцам, а знаменитый Кребийон учил искусству декламации.

Она стала красавицей, какую и вообразить нельзя: великолепная белоснежно-перламутровая кожа, на которой не было видно теней, так как она сама как бы светилась. И потом можно было прибавлять и прибавлять прилагательные в превосходной степени… Идеальный овал ее лица восхищал, глаза с золотистыми искорками, сочные губы, которые она покусывала время от времени, чтобы оживить их цвет, густые светло-каштановые волосы, тонкая и гибкая талия, хрупкое тело, но округленное там, где положено… К тому же молодая девушка была то спокойна, то весела, то лукава, то рассудительна — и всегда остроумна. Ее ум и уверенность в собственной правоте всегда слышались в ее речах. Настоящая маленькая королева!