— Если и тогда они выпустят эту суку из Белого дома, значит, им ничего не известно. И еще одно, прежде, чем мы разойдемся. Если завтра что-нибудь сорвется, каждый из нас сам позаботится о себе, ясно? Вознаграждение получите позже, как обычно.

Все кивнули.

— И последнее: при пиковом положении один из нас наверняка не позаботится о других, значит, мы должны быть готовы позаботиться о нем. Предлагаю сделать это следующим образом. Суан, когда Кейн…

Все слушали не перебивая: все были согласны.

— Ну а теперь время обедать. Нельзя позволять, чтобы эта сука в Белом доме нарушала наш режим приема пищи. К сожалению, вам не придется разделить его с нами, Матсон: вы должны убедиться, что Эндрюс сегодня обедает в последний раз.

Матсон улыбнулся.

— Это прибавит мне аппетита, — сказал он и вышел.

Председатель снял трубку телефона:

— Пожалуйста, подавайте обод. — И снова закурил.

Среда, день, 9 марта

2 часа 15 минут

Марк пообедал. Двое других мужчин доели сандвичи и поднялись уходить. Марк сразу вернулся в сенат: он хотел поймать Генри Ликхэма, пока не начались дебаты. Может быть, за ночь у Ликхэма созрели какие-то новые мысли. Кроме того, нужно запастись экземплярами Слушаний Судебной комиссии по законопроекту о владении оружием, чтобы изучить вопросы, заданные Бруксом, Бэрдом, Декстером, Харрисоном и Торнтоном. Быть может, еще один кусок головоломки встанет на место. Но Марк почему-то в этом сомневался. Он все больше укреплялся в убеждении, что политики редко играют в открытую. Он пришел за несколько минут до начала заседания и спросил служителя, нельзя ли найти Ликхэма в вестибюле.

Через несколько секунд показался Ликхэм — он спешил. Ясно, что он не расположен к беседе за десять минут до начала открытия судебного заседания. Значит, вряд ли он расскажет что-нибудь новое. Марку лишь удалось выяснить, где можно получить стенограммы слушаний и дебатов в комиссии.

— Вы можете взять их в справочной в конце коридора.

Поблагодарив Ликхэма, Марк поднялся на галерею, где его новый друг, охранник, занял ему место. Народу было уже полным-полно. Сенаторы входили в зал и занимали места, поэтому он решил взять стенограммы позже.

Вице-президент Билл Брэдли призвал к тишине. Сенатор Декстер с высоты своего роста медленно и деланно поглядел вокруг, прочесывая взглядом зал, чтобы удостовериться, все ли внимательно слушают. Когда его взгляд натолкнулся на Марка, он, казалось, немного удивился, но быстро взял себя в руки и начал выстраивать заключительные аргументы против законопроекта.

Марк чувствовал неловкость. Жаль, что он не занял место подальше, вне досягаемости пронзительного взгляда Декстера. Дебаты затянулись. Брукс, Бэрд, Декстер, Харрисон, Торнтон. Все хотели сказать последнее слово перед завтрашним голосованием. Перед завтрашней смертью.

Марк прослушал их, но ничего нового не узнал. Тупик. Теперь оставалось лишь пойти и взять стенограммы слушаний. Их придется читать всю ночь. Вряд ли, думал он, выслушав двух из пятерых ораторов, это что-нибудь даст. Что же он упустил? Все остальное контролировал директор. Он спустился в холл к лифту, вышел из Капитолия через цокольный этаж и направился к зданию Дирксена.

— Если можно, я хотел бы получить стенограммы слушаний по законопроекту о владении оружием.

— Все? — удивилась секретарь.

— Да, — ответил Марк.

— Но заседания продолжались шесть дней.

О, черт, значит, одной ночью не обойдется. С другой стороны, это будут только вопросы и заявления Брукса, Бэрда, Декстера, Харрисона и Торнтона.

— Будете платить или дадите расписку?

— Желательно расписку, — шутливо ответил он.

— Следовательно, вы — официальное лицо?

Да, подумал Марк. Но признаваться в этом нельзя.

— Нет, — сказал Марк и полез за бумажником.

— Если бы вы сделали запрос через одного из сенаторов вашего штата, то, наверное, смогли бы получить их бесплатно. Но сейчас это будет стоить десять долларов, сэр.

— Я тороплюсь, — сказал Марк. — Так что буду платить.

Он протянул деньги. В проходе, соединяющем зал заседаний со справочной, появился сенатор Стивенсон.

— Добрый день, сенатор, — поздоровалась секретарь, отвернувшись от Марка.

— Привет, Дебби. Нет ли у вас экземпляра законопроекта о чистом воздухе в том виде, в котором он был доложен в подкомиссии, перед тем как комиссия внесла исправления?

— Разумеется, сенатор, одну минуту. — Она исчезла в задней комнате. — Это единственный имеющийся у нас в данный момент экземпляр. Я могу доверить вам его, сенатор? — Она засмеялась. — Или же мне потребовать расписку?

Даже сенаторы дают расписку, подумал Марк. Сенаторы расписываются за все. Генри Ликхэм расписывается за все, даже за обед. Неудивительно, что я плачу такие огромные налоги. Но, видно, за еду им приходится платить после. Еда. Господи, как же он раньше об этом не подумал! Марк бросился бежать.

— Сэр, сэр, вы забыли свои экземпляры, — закричали вслед. Но было слишком поздно.

— Ненормальный какой-то, — сказала секретарь сенатору Стивенсону.